01 декабря 2009

О своем подходе к выбору ролей:
Для актера самая больная тема – найти хороший материал. Ради хорошего материала я готова держать паузу. Хотите 20 лет – буду 20 лет держать паузу. Чем дольше ждешь, тем меньше желания сниматься. Я поняла, что не могу просто пойти и зарабатывать деньги, потому что это будет нечестно по отношению к моей жизни: тогда чего я так долго ломалась – и я стала ждать материал.

О новом фильме "Бубен, барабан":
Еще до съемок я сказала Мизгиреву: "Алексей Юрьевич, Вам достанется за этот фильм". Конечно, это провокация. Но мне странно, что люди находят духовность в каких-то странных местах. Как связана библиотека и духовность – честно скажу, прямо не знаю.
Если бы меня не взяли в "Бубен, барабан", мне было бы очень обидно. Я знаю, что Леша Мизгирев написал этот сценарий, еще не будучи со мной знакомым. Но когда я прочла этот материал, мне показалось, что он как будто для меня. Я пошла на пробы. Пробы были обычные, но для меня очень тяжелые, потому что надо было читать стих Киплинга, который мне долго не давался. В каждом предложении был какой-то смысл, а когда в общем – этот смысл терялся. 5 дней его учила, в итоге как-то добила.
Как ни парадоксально, для меня Леша – человек "из моей песочницы". Это не важно, кто где жил, и не важно, кто как проводил молодость: в Советском Союзе или в Штатах – все равно есть болевые точки. А болевые точки порой не всегда связаны с социальщиной.
До успеха еще далеко. Пока этот фильм видели только на "Кинотавре" и на Кинофестивале в Локарно. Все равно фильм рождается не на фестивалях. Это, как сегодня говорят, арт-хаусное или авторское кино. Для меня это этапная работа.
У каждого есть представление, что и где должна играть Негода. У всех, кто читал сценарий, есть представление, как надо было снимать эту картину. Тогда, ребята, взяли бы и снимали! С другой стороны, это замечательно, значит, материал будоражит людей, не оставляет их равнодушными.

Об американской ментальности:
Ментальность – это совокупность воспитательного ряда. Если с детства в доме все улыбаются, то для вас улыбаться – это норма. Если вас приучают говорить "спасибо", это становится нормой. Это и есть ментальность. Если вас с детства приучают, что нельзя бесконечно жаловаться, это тоже становится частью ментальности. То же самое с ценностями. Для нормального человека ценности всегда одни – обычные человеческие ценности: не воруй, не предай, будь самим собой. А какая разница, на каком языке эти ценности озвучиваются?

О своей работе в Голливуде:
Там замечательные личные вагончики, своя гардеробная, свой ассистент с чашкой кофе. Находясь на съемочной площадке, ты понимаешь, что все, что ни делается, это ради тебя. А у нас на площадке чаще такое ощущение, что все важны, кроме тебя.

О психоаналитиках:
Я не считаю, что ходить к психоаналитику – это что-то страшно позорное. Если ты запутался в жизненных вопросах, есть люди, которые могут тебе профессионально помочь. Если у вас болит голова, вы же принимаете таблетку от головы. Если у вас болит душа, почему бы не помочь ей? Для меня это колоссальный опыт. В какой-то момент я почувствовала, что мне это необходимо.

О смысле жизни:
Я пессимистка, фаталистка, ходячая жалобная книга. Если задуматься о том, что когда-нибудь мы все уйдем из этой жизни, мне интересно, а что будет последнее, что я вспомню, что мне будет важно. И знаю, что это не будут какие-то материальные понятные вещи, и может быть, это не будет даже семья и дети.

О счастье:
Любой звонок с поздравлениями в День рождения или на Новый год – и я счастлива: боже мой, меня помнят! Мне становится радостно, когда собака на улице не озлобленно на меня гавкнет, а посмотрит в глаза и завиляет хвостом.