Новости
Хотите получать уведомления от сайта «Первого канала»?
Все новостиПолитикаЭкономикаОбществоВ миреКриминалТехнологииЗдоровьеКультураСпортОднакоПогодаЮбилей программы "Время"
15 сентября 2019, 21:00

Владимир Путин встретился в Ботлихе с ополченцами, которые остановили вторжение террористов 20 лет назад

Народное ополчение против террора. Владимир Путин встретился в Ботлихе с людьми, которые в августе 1999 встали на пути вооруженных до зубов боевиков.

Банды Басаева и Хаттаба тогда вторглись в Дагестан, пытаясь прорваться к Каспийскому морю. Террористов остановили отряды самообороны местных жителей. Они стояли на смерть до подхода федеральных войск.

Один взгляд на фото, и снова оживают воспоминания. Август 1999, родные села, охваченные огнем. И соседи, плечом к плечу вставшие за свою землю.

«Вот этот не вернулся, два человека, которые не вернулись. Иногда снятся грохоты еще», – вспоминает Габсула Магомедов, участник народного ополчения Дагестана в 1999 году.

«Вот моя школа горит. Я сам сфотографировал это. Когда своя родная школа горит, чуть не плакал», – говорит Салман Хазбулаев, участник народного ополчения Дагестана в 1999 году.

Тиловур Хайбулаев вспоминает, как перед началом боев вместе со старейшинами говорил с террористами. Вереница вооруженных до зубов головорезов пришла с территории Чечни 7 августа 1999. Две тысячи боевиков за пару дней заняли несколько сел и предлагали пропустить их дальше, вглубь Дагестана. Без боя. Но пары дней хватило, чтобы местные жители приняли ключевое решение.

«Тогда отовсюду созванивались. Что делать? И решили защитить, защитить свои земли, свою родину. И вот там на переговорах, если вы не уберете с этих гор, ну с позиций людей, через вас, говорит, пройдем. Я им ответил тоже. Через нас, пока мы живы, ни один человек не пройдет. Вот потом напали на нас», – рассказывает Тиловур Хайбулаев, участник народного ополчения Дагестана в 1999 году.

Напали хорошо подготовленные отряды с главарями Басаевым и Хаттабом. Они рассчитывали найти поддержку и дойти до Махачкалы. Но местные жители увидели попытку разжечь новый очаг войны. Пока в республику стягивались федеральные войска, они встали на пути террористов.

Это потом горные вершины утюжила авиация, артиллерия, а ополченцы бок о бок с солдатами российской армии выбивали экстремистов. А в охваченный войной Дагестан прилетел Владимир Путин, тогда еще премьер-министр. Спустя 20 лет его вертолет снова в горах Ботлихского района. Президент приехал в центр села, где открыли мемориал. Солдат Великой Отечественной, воин-интернационалист и ополченец словно высечены из скалы – символ того, как здесь горой стояли за родную землю.

– У вас какое оружие было? – спрашивает Владимир Путин.

– У нас в то время оружие – карабины.

– Сколько вас было человек?

– На Андинском участке было около двух тысяч человек. И женщины, дети рыли окопы.

По этой теплой встрече сразу понятно, как важна была для них в то непростое время поддержка и личное участие.

Как регион сплотился против общего врага, говорили даже женщины, которые вопреки воле мужей остались в селе помогать раненым и кормить бойцов: «Люди приносили из дома все, что у них есть. Даже килограмм сахара. Даже два литра молока. Картошка, яйца».

Спустя 20 лет жительница села обращается к президенту: «Хочу докладывать вам как Верховному главнокомандующему Вооруженных Сил, что в 1999 году я вместе с 39 женщинами, интеллигенции, учителей, врачей командовала пищеблоком. Ни один ополченец , ни один участник этих событий голодными не остались. И потому победили, победили благодаря нашей славной армии. Спасибо вам за все».

– Нашей армии и ваши мужчинам, – продолжил президент РФ.

– Спасибо вам, спасибо, очень рады.

– Хорошо сказала – командовала пищеблоком.

Ополченцы напомнили, что экстремисты хотели навязать радикальный ислам, даже запустили собственный телеканал. В селах, где религиозной вражды веками не знали. Абдуллу Омарова с одноклассниками, тогда ему был 21, пытался завербовать Хаттаб, наемник из Саудовской Аравии.

«Мы когда им задавали вопрос: тот же самый ислам, мы же и так мусульмане, мы что-то не так делаем что ли? Такие вопросы задавали, и как-то этот тупик. Они уходили от этих разговоров», – рассказывает Абдулла Омаров, участник народного ополчения Дагестана в 1999 году.

Об этом зашла речь, когда обсуждали статус ополченцев. В этом году после обращения на «Прямую линию» президент подписал указ, который приравнивает их к ветеранам боевых действий.

– От имени женщин, матерей хочу выразить слова глубокой благодарности вам за поддержку инициативы – придание статуса участников, ветеранов боевых действий ополченцам Дагестана. Вы еще раз показали свое глубокое, такое хорошее отношение к жителям, простым жителям, которые в трудную минуту вместе с армией встали на защиту целостности. Мы гордимся, что вы такой национальный лидер есть у нас. Спасибо вам за все, – обратилась жительница Дагестана.

– Это дорогого стоит, тогда, когда вы, женщины, мужчины, даже дети принимали участие, это было важно не только для Дагестана и для этой вот, суровых людей, суровой природы, это было важно для всей России, показать международным бандам, что народ не с ними, в этом была заслуга. Понимаете, с тех пор еще много нужно сделать социальных вещей, но они же приходили под знаменем ислама. С тех пор, вот мы сейчас с руководителем республики говорили, в Дагестане две тысячи мечетей построили мы с вами, две тысячи. Они бы столько не построили никогда, они только убивать умеют, – ответил Владимир Путин.

Многие запомнили, как 20 лет назад в Ботлихе Путин встречался с военным в армейской палатке, традиционную стопку за павших в бою он поставил обратно на стол, тогда фактически начиналась Вторая Чеченская война: «Мы с вами не имеем права позволить ни секунды слабости себе. Ни секунды. Потому что, если мы это сделаем, то тогда те, кто погиб, получается, они погибли напрасно. Поэтому я предлагаю сегодня эту рюмку поставить. Мы обязательно выпьем за них. Обязательно. Но пить будем потом. Потом. Тогда, когда эти задачи принципиального характера, вы о них все знаете, будут решены».

И вот, когда отстояли Дагестан, а потом и соседнюю Чечню, та самая стопка, которую президент оставил нетронутой.

«Я с удовольствием к вам приехал, хочу вас поздравить с этими трагическими, но все-таки славными с точки зрения результата вашей боевой работы событиями 20-летней давности, когда вы встали на пути этих банд международных террористов и вместе с вооруженными силами России отстояли не только свою малую Родину, не только свой Дагестан, свое село, но и, по сути, показали пример всей стране. Показали пример того, что значит сплочение людей перед общей опасностью. Так всегда было в истории наших народов, и русского народа, и народов Кавказа, всегда было, но а на Кавказе это всегда особо ценилось, мужество, воля, любовь к своему Отечеству, вы в этот критический момент проявили эти самые лучшие качества», – обратился президент России.

Террористов всех мастей тогда видели жители окрестных сел. Боевики с Ближнего Востока, из Прибалтики, даже с Украины.

«Утром проснулись, выходим, лежат там, негры, кого там, арабы, женщины, по-моему, эти снайперы», – вспоминает Габсула Магомедов, участник народного ополчения Дагестана в 1999 году.

«Самое больное, знаешь, что было у нас? Когда славяне тоже были вместе с ними. Вот, например, украинцы. Мой отец – участник Великой Отечественной войны, за Украину воевал, за Украину кровь проливал, и их ребята в центре селения с оружием в руках, завоевать наши села пришли, вот это больно было», – делится Салман Хазбулаев, участник народного ополчения Дагестана в 1999 году.

То самое трофейное оружие боевиков иностранного производства президенту показывали в 2008, когда он прилетал проверить состояние дел в Ботлихе. Сейчас во время третьей поездки Путин призвал беречь память о тех событиях: «Знаете, есть вещи, которые нельзя забывать и которые нельзя переврать, это касается и, скажем, Великой Отечественной войны, это касается вот таких событий, потому что это часть нашей истории. И если мы забываем что-то, то это что-то забытое к нам может потом вернуться, а если помним, знаем, понимаем, где нас ждет какая-то опасность, у нас есть все шансы предотвратить».

Жители Дагестана хорошо запомнили и возвращение в свои дома.

«Я помню, когда приезжал в 1999 году, они же вот, на площади стоял среди вас там с ружьями, с пулеметами, вокруг меня стояли. Вы же мне тогда говорили, уходили когда – обокрали дома, ограбили дома, самое последнее у людей забрали, какой-то старенький телевизор, старенький холодильник, все грузили на грузовики и увозили все, ну что это, что это за люди-то пришли сюда? Кто они? Бандиты и есть», – вспоминает Владимир Путин.

Дома, кстати, не у всех уцелели. Причину, признался глава государства на «Прямой линии», он запомнил на всю жизнь: «Главы поселений пришли к нашим военным, когда войска подошли, сказали: почему не бьете там артиллерией? И командир наш ответил: ваши дома, жалко, потому что это же поколениями в горах дома строятся. Вот и ответ меня тоже поразил: не жалко, бейте».

Те самые дома, где укрывались террористы. Отсюда боевики били прямой наводкой по аэродрому Ботлиха, здесь же все село как на ладони. Выбить с этой местности боевиков было задачей номер один. И сделать это нужно было любой ценой. И вот почему ополченцы за ценой не постояли.

– Я хотела бы коснуться вопросов семейных ценностей, традиций, потому что они являются для нас очень значимыми. Весь Дагестан поднялся, потому что семья, они защищали свою семью, они защищали свой дом, защищали свою землю и вместе с этим защищали село, район и так дальше, – обратилась Людмила Султанова, участница народного ополчения Дагестана в 1999 году.

– Что касается вот наших, как вы сказали, ценностей, семейных ценностей, вот у нас многоконфессиональная страна, но если посмотреть повнимательнее, в основе всех этих конфессий наших ценности одинаковые, – ответил Владимир Путин.

– Да.

– Да. Что касается такой морально-этической составляющей, они практически почти все одинаковые, и то, что в нашем народе, вот в наших народах сохраняется такое отношение к этим ценностям, это главный залог нашей государственной устойчивости, это очень важно. А все от женщин, поэтому вам спасибо большое.

На этом вопросе государственной важности остановились отдельно.

– А сколько в семье в среднем сейчас вот в Дагестане детей? – спросил президент РФ.

– В районе 4-5 детей. Будем надеяться, что будет больше.

– Мужчины говорят, будет больше.

Дагестанские мужчины не обошли вопрос состояния нашей армии, которое в 1999 было плачевным. Сейчас на месте армейской палатки в поле вырос целый военный городок.

«Возможность спокойно служить государству, Родине, как говорится. Получается, что здесь все рядом. Вот я живу, вот моя работа, до службы идти четыре минуты. Я могу выполнять любые задачи в любое время. Без ограничений», – делится Олег Алмаджян, заместитель командира воинской части по военно-политической работе.

Защищать Родину в таких условиях сегодня мечтают многие уроженцы Кавказа. Но, как рассказал Магомедкамиль Гаджиев, есть препоны, его сын не может поступить в военное училище: «Мы сходу в приемную комиссию не идем, сначала ищем знакомых, что правда, то правда. Посоветовали, что лучше не сдавайте, а если сдадите сюда документы, дело в том, что решение такое негласное, что дагестанцев, чеченцев, ингушей не принимать».

«Никакой, конечно, команды не принимать ребят с Кавказа нет и быть не может. Наоборот, нам нужны ребята с Кавказа в армии, в Вооруженных силах. Наша армия выполняет задачи в Сирии. Это же мусульманская страна. Моя был прямая команда собрать подразделение Военной полиции преимущественно из выходцев с Кавказа. Моя прямая команда. Ее Министерство обороны исполнило. Ну, там представители всех религий и всех национальностей есть, в Военной полиции, но очень много с Кавказа, и они блестяще выполняют поставленные перед ними задачи. Сын-то куда поступил?» – спросил Владимир Путин.

«В Новосибирск пробовали, но не получилось. Но ничего, мы упорно будем продолжать», – ответил Магомедкамиль Гаджиев.

«Вы сейчас говорили о том, что прежде всего начинаете с каких-то знакомых, со связей. У вас есть хорошие связи, они вам точно помогут. Скажите, куда он хочет поступить, считайте, что он уже поступил», – заметил президент.

И в такой почти семейной обстановке поговорили о доме, как изменился Ботлих. Каким было жилье и дороги 20 лет назад и сегодня. С развитием района снизился отток людей из района.

«У нас паровое отопление, у нас дороги, видите, какие прекрасные. Раньше лень было поехать куда-то, а сейчас за два-три часа в Махачкале по таким дорогам», — рассказала участница народного ополчения Зубаржат Азаева.

«Но это еще не все, сейчас у нас еще один довольно большой участок, добавил Владимир Путин. – В планах еще две школы, детский сад, спортивные сооружения, причем и крытые, и открытые, закрытые спортивные объекты, футбольное поле. Будем развивать дальше и здравоохранение. Вы сами ставили вопрос о необходимости оборудования, в том числе и тяжелой медицинской современной техникой, томографом. Вопрос решен. Сейчас заканчиваются уже подготовительные строительные работы. Еще это медицинское учреждение будет обслуживать как жителей Дагестана, так частично и жителей Чеченской республики», — сообщил Владимир Путин.

Но, конечно, главное – люди. Про кавказский характер Путин рассказал на примере сборной России по дзюдо, ее главный тренер Энцо Гамба перед олимпийскими играми отпускал спортсменов в родной Дагестан: «Я этого итальянца, нашего главного тренера, говорю, зачем ты сделал, зачем ты отпустил их домой перед Олимпийскими играми? Сейчас там шашлык, так вино будут наливать. Но он говорит: нет, не будут, поехал, сам поехал в села, встречался там с родственниками, встречался, провожали их на Олимпийские игры не просто семьей, а всем районом, и один из них мне потом говорил: выходил, говорит, на ковер умирать. Такая мотивация внутренняя мощная, и стал олимпийским чемпионом. Вот это все тоже, вы правы, все из семьи идет на самом деле. Из семьи, от народа в целом, поэтому дагестанский народ рождает таких богатырей».

Впрочем, управляться с такими богатырями тоже не каждому под силу, ответили ополченцы: «Мы гордимся, Владимир Владимирович, что у нас такой президент, который искренне любит свою великую Родину, искренне любит такой огромный многонациональный российский народ».

«Спасибо большое. При вот таких людях, при таких замечательных, красивых и добрых женщинах и при таких мужественных, строгих мужчинах в России не может быть какой-то слюнтяй во главе государства. Это само собой разумеется, это по-другому невозможно. А силы и мужества любому главе государства дают люди, люди, вот отсюда все. И я вспоминаю те события, я совершенно искренне говорю, это не для красного словца, вот для меня лично тогда было чрезвычайно важно вот то, что здесь произошло, но просто абсолютно принципиальная вещь была, потому что я увидел, что люди поддерживают», – ответил Владимир Путин.

– И поверили в вас.

– Поверили и не только мне поверили, я понял, что люди готовы идти на самые, самые большие жертвы ради защиты, защиты своего Отечества. Вот это для меня было абсолютно принципиальной важной вещью. То есть для меня было с этого момента, для меня стало ясно, что мы непобедимы, никакие там террористы нас, значит, не возьмут. И шансов у них нет, вот именно с этого момента, – признался президент.

Поэтому, добавили ополченцы, встреча и проходит сейчас в мирном Дагестане. Еще один тост: за здоровье и будущее.

Кстати, Ботлих, добавили горцы, переводится как «пристанище воинов». И здесь точно бывших не бывает.

«Мы те же ополченцы, чтобы вы знали. Когда надо, где надо, мы сейчас тоже встанем. Встали, и будем стоять», – уверен Тиловур Хайбулаев, участник народного ополчения Дагестана в 1999 году.

Читайте также:

Главные новости

Новости

Все новости

Архив новостей