Сообщить о технической проблеме

На экономический форум в Санкт-Петербурге приехали 19 тысяч гостей из 145 стран. Толстой. Воскресенье. Фрагмент выпуска от 09.06.2019


Петр Толстой

Сколько бы политики ни было в современной экономике, внешние вызовы – это не все, что влияет на экономическую жизнь страны. Поэтому в рамках форума много говорили и о проблемах внутренних. На форуме президент провел встречу с представителями бизнеса, на которой обсуждались инвестиции и направления совместной работы. Говорили и об иностранных инвестициях.

Если согласиться с расхожим утверждением, что деньги правят миром, тогда центром управления, несомненно, на три дня стал Санкт-Петербург. Чтобы убедиться в этом, достаточно было взглянуть на небо. Самолеты в аэропорту Пулково в эти дни взлетали и садились каждую минуту.

На стоянке аэропорта бизнес-джетов как автомобилей на парковке в центре большого города в час пик. Именно такими частными самолетами предпочитают пользоваться руководители международных корпораций, которые следуют принципу: время – деньги. То есть для них поездка на Петербургский форум – уже перспективная инвестиция.

«Форум в этой году особенный, потому что и президент Путин участвует, и он пригласил сюда Си Цзиньпина. В геополитической ситуации, с которой мы столкнулись, это все очень интересно», – считает Берге Бренде, президент Всемирного экономического форума.

То время, когда Петербургский форум пытался равняться на знаменитый Давосский, давно прошло. Теперь гости из Давоса изучают секрет питерского успеха. Цифры говорят сами за себя: последний Давос собрал три тысячи участников из 110 стран, а в Питер приехали 19 тысяч гостей из 145 стран. Организаторам даже пришлось вводить квоты: не больше трех человек от одной компании. Но желающих попасть сюда ни это, ни стоимость входного билета, от 350 до 410 тысяч рублей, не остановило.

Впрочем, все эти расходы кажутся мелочью на фоне тех средств, которыми владеют инвесторы, приехавшие на встречу с Владимиром Путиным. Абсолютный рекорд: 15 триллионов долларов за столом в одном из залов Константиновского дворца. Это больше, чем бюджеты США, Китая, Германии, Франции, Великобритании, Италии вместе взятых. А главное, в России не просто есть, куда вложить эти деньги, но и преумножить.

– Вы знаете, что мы ставим перед собой достаточно большие и весьма амбициозные цели развития, выраженные в так называемых национальных проектах. Это, по сути, наши планы, правда, не на пустом месте, а планы, подкрепленные соответствующими ресурсами. За январь-апрель 2019 года профицит федерального бюджета составил уже 683 миллиарда рублей. А международные резервы достигли почти 500 миллиардов долларов. Цель в том, чтобы за счет форсированного роста обеспечить технологическое и пространственное развитие страны, по ключевым параметрам выйти на более высокое качество жизни наших граждан. Причем, хочу обратить на это ваше внимание, доходность инвестиций превышает основные мировые индексы. Это закрытые цифры или нет? Да, я просто не знал, называть ее или нет. Это около 15% годовых по всем проектам, в которых участвует РФПИ, – сообщил Владимир Путин.

И не то, чтобы такую прибыль больше нигде не найти. Вот только, как правило, это связано с дополнительным риском. А рисковать теми деньгами, которые в руках у этих инвесторов, все-таки не принято.

«В этом неустойчивом мире Россия предлагает стабильность по очень многим экономическим параметрам. Взять хотя бы строгую бюджетную дисциплину. Здесь есть потенциал для роста, и люди это видят», – считает Фредерик Удеа, главный управляющий директор Societe Generale, президент Европейской банковской федерации.

Но, видимо, хорошее, как и все большое, лучше всего видится на расстоянии. Оптимизм иностранных инвесторов далеко не всегда разделяет отечественный бизнес. Когда российских предпринимателей на форуме спросили: «Кому на Руси жить хорошо?», большинство ответило, что это не про них.

«Удивительно, что 88% предпринимателей, отвечая на вопрос "насколько легко или сложно вести бизнес в России", отвечают "сложно", из которых 30% считают, что "очень сложно", а 58% считают, что "скорее сложно"», – сообщил Герман Греф, президент, председатель правления ПАО «Сбербанк России».

«У нас по-прежнему существует, особенно вот у бизнеса, какой-то нигилизм в своих действиях, все плохо. У Александра Николаевича крупный бизнес, огромные прибыли имеют в прошлый год, в этом году, прибыль растет, прет просто на глазах. Бизнес у Репика вообще высоко супермаржинальный. Все плохо, понимаете, все плохо, все не так. Не будем вкладываться. И действительно, что у нас сейчас существует, у нас есть бизнес, который по-прежнему по старинке еще работает, заработал – за границу, заработал – в офшор, там вроде как-то поспокойнее. Хотя мы видим, что и там далеко не все в порядке. Есть бизнес, который просто ждет льготы, не дадите льготы или субсидии, не буду финансировать, мы так на самом деле большую часть предпринимателей, я бы сказал, так развратили, потому что не буду вкладывать, пока не дадите преференции, не хочу. И третий бизнес есть, который работает, вот на него, кстати, как раз и надо делать ставку», – выступил Антон Силуанов, первый заместитель председателя правительства РФ, министр финансов РФ.

Деньги, которые уходят в офшор, – это, отчасти, и есть утечка капиталов. А вот их поступление в страну называется инвестициями. Впрочем, финансовые потоки никогда не движутся в одном направлении. Важно, в каком соотношении это происходит.

«По поводу привлечения капиталов, утечки капиталов. Да, действительно, в прошлом году была достаточно такая, не самая большая в новейшей истории России, но все-таки заметная утечка, по-моему, 66 миллиардов. Но положительное сальдо торговых операций 131 миллиард. Оно с лихвой перекрывает эту утечку. А потом еще идет и возврат этих выведенных капиталов, мы это тоже видим, мы это видим. Поэтому здесь мы никакой трагедии не делаем, мы понимаем, что это такой естественный процесс», – говорит президент РФ.

Главное, чтобы в этот естественный процесс не вмешивались искусственные факторы. Речь, конечно, о санкциях.

«Государства, которые прежде проповедовали принципы свободы торговли, честной и открытой конкуренции, заговорили языком торговых войн и санкций, откровенного экономического рейдерства с выкручиванием рук, запугиванием, устранением конкурентов так называемыми не рыночными способами», – выступил президент России.

А пока же на полях сражений гибнет репутация крупных компаний. И кто знает, может, именно чувство неловкости заставляло бизнесменов из США, чья делегация была второй по численности после китайской, скрываться от общения с прессой. Вот Меир Бранд, вице-президент Google, которого хотели спросить о его отношении к разрыву сотрудничества с Huawei.

– Мистер Бранд. Всего один вопрос. Можно вас спросить? Один вопрос?

Но видимо, слишком серьезный программный сбой, отклика так и не услышали. Впрочем, на следующий день компания Google выступила с предупреждением о том, что если американская администрация будет и дальше ужесточать ограничительные меры, то Google потеряет доверие, а следом и мировое лидерство в отрасли. Нечто подобное уже, кстати, происходит и с американским долларом. Как только США стали использовать свои деньги в качестве инструмента давления, другие страны, те же Россия и Китай, начали переходить на расчеты в национальных валютах.

«Доллар доминировал все эти послевоенные годы, а сегодня все задумались, что так дальше продолжаться не может, слишком опасно, слишком опасно, если не поменяют своего подхода. А если даже поменяют, слишком поздно, я думаю, какой-нибудь осадочек останется все равно, все равно все будут стараться к большему суверенитету, независимости своей финансовой деятельности», – считает Андрей Костин, президент, председатель правления Банка ВТБ.

И такое явное стремление к бизнес-суверенитету уже демонстрируют даже европейские партнеры Соединенных Штатов.

«В США уже нет места. Это большая экономика, первая в мире, но все места там заняты уже. И в Европе нам некуда расти по определению. Поэтому единственный путь – идти в Азию. А дорога в Азию здесь. То есть, со стратегической точки зрения, нет другого выбора», – уверен Жан-Пьер Тома, президент инвестиционной компанииThomas Vendome Investment.

Основателю французского инвестиционного фонда вторит и глава крупнейшего итальянского банка Интеза. Торговый оборот между Италией и США в пятьдесят миллиардов долларов в год он называет потолком. Притом, что у Италии и России всего 21 миллиард.

«Потенциал огромный. По моей оценке больше, чем на 50 миллиардов. Поэтому Европа и Италия должны смотреть на длительную перспективу. Они должны ощущать, в чем их настоящий интерес», – считает Антонио Фаллико, председатель совета директоров АО «Банк Интеза».

Вот только интересы бизнеса и политиков порой прямо противоположны. Пока европейские предприниматели пытаются наладить связи, главы европейских же государств регулярно голосуют за продление санкций. А ведь всего одного смелого голоса было бы достаточно, чтобы их отменить. Но ни один из двух европейских лидеров, участвовавших в пленарной дискуссии, президент Болгарии и премьер-министр Словакии, даже перед женщиной, ведущей Софико Шеварнадзе, записываться в храбрецы не рискнули.

– Вы можете проголосовать против продления?

– Я лично не голосую, потому что Болгарию в Европейском совете представляет премьер-министр.

– Вы можете себе позволить не проголосовать за продление санкций, потому что санкции продлеваются единогласно? Вот да или нет?

– Есть позиция Европейского Союза, Словакия – член Европейского союза, и в целом мы поддерживаем. Но есть также позиция Словацкой Республики, и честно скажу, мы не считаем, что санкции кому-то помогают, – ответил Петер Пеллегрини, премьер-министр Словакии.

Между тем, именно перекладывание ответственности и молчаливое соглашательство и есть тот самый путь, который как раз и ведет к разрушению. Об этом говорил в своем выступлении российский лидер.

«Сегодня перед нами возникают две крайности. Два возможных сценария дальнейшего хода событий. Первый. Когда общие международные правила будут подменяться законами, административными и судебными механизмами одной страны или группы влиятельных государств. Как поступают сегодня, я с сожалением это констатирую, Соединенные Штаты, распространяя свою юрисдикцию на весь мир. И второй сценарий – политика ничем не ограниченного экономического эгоизма и его силовое продавливание. Но это путь к бесконечным конфликтам, к торговым войнам, а может быть, даже не только торговым. Образно говоря, к боям без правил всех против всех», – продолжил президент РФ.

Но на площадках Петербургского экономического форума возможные соперники по этим боям говорили исключительно о сотрудничестве. Для многих это вообще была редкая возможность пообщаться напрямую. Один из участников дискуссий, российский миллиардер Виктор Вексельберг, накануне в интервью влиятельному изданию The Financial Times рассказал, как его друзьям в США приходится спрашивать разрешения у американских властей только чтобы поговорить с ним.

– Здесь очень много говорят о торговых войнах. Такое ощущение, что здесь участники этих войн, но они очень мирные.

– Ну да, я использовал такой, по-моему, уместный афоризм в нынешней ситуации. По-моему, здесь такая консолидация: все понимают ответ на русский вопрос «кто виноват?», но еще не до конца мы все понимаем «что делать?», – говорит Виктор Вексельберг, президент фонда «Сколково», председатель совета директоров группы компаний «Ренова».

Впрочем, и на этот вопрос ответ прозвучал. На пленарной сессии президент России предложил: уж если нынешняя система отношений настолько усложнилась, то можно было бы сделать простыми и понятными хотя бы базовые правила.

«В качестве хотя бы первого шага предлагаем, говоря термином дипломатии, провести своего рода демилитаризацию ключевых сфер глобальной экономики и торговли, а именно – оградить от торговых и санкционных войн поставки товаров первой необходимости, лекарств, медицинского оборудования. Спасибо вам большое за понимание, а так же систем для ЖКХ, энергетики, которые позволяют снижать нагрузку на окружающую среду и климат», – предложил Владимир Путин.

Будет ли услышано это предложение – сказать сложно. Впрочем, в России и в нынешних обстоятельствах научились справляться с трудностями. И иностранным инвесторам было, из чего выбрать на форуме. Большинство предложенных проектов – отечественные разработки в области высоких технологий. Вот, например, новые глаза для машин на автопилоте: хорошо видят и в темноте, и в любую погоду.

«Российская научная разработка. В России аналогов нет, за рубежом аналогов нет», – рассказывает Андрей Шимов, разработчик системы «IR-Way».

А это первый в мире 3D-принтер, который печатает из углерода. Такие уже приобрели BMW и Airbus.

«Главное ноу-хау заключается в нашем материале. Это специальное волокно, которое мы сами делаем», – объясняет разработчик Денис Кириллов.

Строительные каски со встроенным телефоном не только защищают, но и с помощью видеокамер и системы передачи данных анализируют происходящее. В павильонах же российских регионов инвесторов приглашали к крупным инфраструктурным проектам. Например, в Красноярском крае договорились о строительстве целлюлозно-бумажного комбината. Сумма предполагаемых вложений – 140 миллиардов рублей. На Верхнекамском месторождении в Пермском крае откроют производство хлористого калия на две тысячи рабочих мест. Немецкий концерн OMV вложит почти миллиард евро в разработку Уренгойского газового месторождения и купит миллион тонн сжиженного газа. Итальянская Ansaldo Energia примет участие в строительстве в России нового завода по производству газовых турбин. РЖД и Siemens договорились о закупке и обслуживании еще тринадцати поездов «Сапсан». Всего 650 соглашений на сумму свыше трех триллионов рублей. Очередной рекорд уже 23 по счету экономического форума. И, вполне возможно, не последний. Организаторы уже сообщили, что собираются построить еще четыре новых павильона, чтобы в будущем гостям не было тесно.



Комментарии загружаются