Василий Шукшин. Позови меня в даль светлую

Его даже вгиковские педагоги боялись брать к себе в институт — опасались, как бы чего не вышло из-за этого правдолюбца. А уж чиновники разных мастей Шукшина просто терпеть не могли — никогда не знаешь, чего от него ждать. Одно слово — неформат!

Запретить бы его вовсе, да нельзя.
Дело в том, что Василий Шукшин был невероятно талантлив. И с этим невозможно было ничего поделать.

Именно поэтому то все-таки приняли во ВГИК. Великий Михаил Ромм увидел в молодом, ершистом парне искру Божью и взял к себе на курс.

А его книги, его фильмы, вызывали у людей такой искренний отклик, и такое уважение к автору, что с этим властям волей-неволей приходилось считаться. Правда, длилось это недолго...

Василий Макарович Шукшин – режиссер, писатель, актер. Он всегда жил по своим законам, лжи не выносил вовсе, ни в каком виде. Судьба отмерила ему очень мало времени, катастрофически мало, чудовищно мало. Он ушел на самом зените славы, так и не успев завершить главную работу своей жизни.

Шукшин приехал поступать во ВГИК летом 1954 года. Ему было уже 25 лет, до этого он успел побывать и слесарем-такелажником, и разнорабочим, отслужить на флоте. Потом директор в школе сельской молодежи, инструктор райкома партии, все это время он писал рассказы, повести мелким почерком в толстую амбарную тетрадь. Ее-то он и представил на суд экзаменаторов сценарного факультета, а в результате поступил на режиссерский. Вскоре состоялся его дебют в кино, причем, в качестве актера. Шукшина пригласил в свой фильм "Два Федора" режиссер Марлен Хуциев.

Лидия Федосеева, как и Шукшин, училась во ВГИКе. Но тогда они не общались, были на разных курсах и в разных компаниях. Они познакомились уже после окончания ВГИКа летом 1964 года на съемках фильма "Какое оно, море". Их встреча произошла в поезде по дороге в Судак. Лидия Федосеева ехала в одном купе с дочкой и операторами картины. Шукшин пришел к ним знакомиться. Они проговорили всю ночь, а потом так и не смогли расстаться. Эта встреча полностью изменила их судьбы. Оба оставили свои прежние семьи, поселились в маленькой комнатке Василия Макаровича, и вскоре у них родились девочки-погодки Маша и Оля.

Семья Шукшиных жила скромно. Василий Макарович очень заботился о своей матери Марии Сергеевне и сестре Наталье, которая очень рано осталась вдовой с двумя детьми-близняшками. Он послал им в родное село Сростки деньги, посылки. Шукшин был абсолютно непривередлив в быту. Еда, одежда не имели для него принципиального значения. Главное – главное, чтобы была возможность работать, писать.
Фильм "Калина красная" стал потрясением для зрителя, ничего подобного еще не было в отечественном кинематографе. Да и разве можно было представить, что главным героем советского фильма станет уголовник? Но Шукшину удалось добиться того, чтобы его фильм увидел свет. Еще в 1953 году, когда Шукшин служил в армии, у него открылась язва желудка. Из-за болезни его вскоре комиссовали, язва мучила его потом всю жизнь. Когда "Калина красная" была уже снята и смонтирована, руководство потребовало исправлений и доработок. Шукшин внес все навязанные поправки, и после этого слег в больницу с обострением болезни. И вдруг, лежа в больнице, он узнал, что картину вновь собираются резать. Он сбежал из больницы, чтобы самому сделать перезапись. Работа в студии длилась по 10-12 часов, через каждые 2-3 часа у него начинался очередной приступ болезни. Люди плакали, когда смотрели его "Калину красную". А значит, наверное, не зря были все эти мучения, через которые пришлось пройти Шукшину для того, чтобы картина, все-таки, вышла на экран.

К фильму о Степане Разине Василий Шукшин начал готовиться еще в 1965 году. Внимательно изучал исторические материалы о крестьянском бунте, обычаи середины XVII века, ездил по Волге, по местам, где бывал Степан Разин, отбирал народные песни. Степан Разин – это была особая глава в его жизни. Для него Разин был воплощением того самого национального характера, о феномене которого столько говорили, писали, дискутировали. С пониманием этого героя у Шукшина было связано очень много личного: в образе Степана Разина, предводителя крестьянского восстания он видел своего отца, которого репрессировали, когда ему был 21 год.
Судьба русского человека, судьба всей России – вот о чем хотел снимать свой фильм Василий Шукшин. Это для него было очень важно, к этой работе он шел долгие и долгие годы. И главного героя бунтаря Степана Разина должен был, конечно, играть он сам. Только сам.

Весной Шукшин подал заявку на киностудию имени Горького. Сначала заявка была принята, съемки намечались на лето 1967 года. Шукшин был полностью увлечен этой идеей, он днем и ночью работал над подготовкой фильма. Однако, руководство неожиданно отложило съемки, мотивируя свое решение неактуальностью темы и большими финансовыми затратами, которые потребует исторический фильм. Шукшин пытался изменить ситуацию, ходил, разговаривал с кинематографическим начальством, доказывал, объяснял, Но все было бесполезно. И тогда Василий Макарович начал писать роман на основе огромного количества материала, собранного им для фильма. Роман он назвал "Я пришел дать вам волю". Но как и со съемками фильма, с публикацией романа также возникли проблемы.
Позже, в 1971 году Шукшин еще раз попытался пробить съемки Степана Разина. Он снова обратился на киностудию имени Горького, и снова получил отказ. Как говорил сам Шукшин, в нашем обществе коммуниста-революционера победил чиновник-крючок.

А пока Сергей Бондарчук предложил Шукшину съемки в своей картине "Они сражались за родину". И, несмотря на то, что Шукшин только-только вышел из больницы и чувствовал себя крайне неважно, он все же согласился сниматься в этом фильме, и вскоре из Москвы пришло радостное известие: "Разрешили снимать Степана Разина". Шукшин начал подготовку к съемкам, потихоньку присматриваясь к актерам, игравшим вместе с ним на съемочной площадке.

Осенью 1974 года Шукшин снимался в фильме Бондарчука "Они сражались за родину". В конце очередного съемочного дня он лег спать и больше не проснулся. Медицинское заключение – острая сердечная недостаточность. Все случившееся было настолько неожиданным, что вокруг его ухода возникло множество самых разных слухов, домыслов и сомнений. Говорили, что на самом деле смерть его не была естественной, что неудобному человеку Василию Макаровичу Шукшину помогли уйти из жизни.

Съемки ожидались несложные, фильм, в основном, был снят, оставались последние сцены. В одном из финальных эпизодов у штаба дивизии кроме Шукшина, игравшего роль бронебойщика Лопахина, участвовали Иван Лапиков и Вячеслав Тихонов. Все шло к завершению, да и пора уже – 3 месяца почти безвылазно провели на Дону в станице Клецкая, где проходило основное действие фильма. Днем снимали, а вечером возвращались на теплоход "Дунай", который на время съемок превратился в гостиницу для всей съемочной группы.

В эту ночь Георгию Буркову почему-то не спалось. Он решил выйти на палубу, подышать речным воздухом, и вдруг встретил Шукшина. Тот держался за сердце - прихватило. Как назло в этот вечер врач, который всегда была на теплоходе, уехала в станицу на свадьбу. Бурков принес капли Зеленина, хотел посидеть с другом до утра, но тот отправил его спать.

Георгий Бурков по утрам всегда будил Шукшина. И в этот раз он отправился к нему в каюту. Дверь оказалась не заперта. Бурков вошел и увидел крепко спящего Шукшина. Через несколько секунд он уже стучался в каюту Николая Губенко. Когда актеры вернулись в каюту Василия, они поняли, что тот мертв.

Врачи "скорой помощи" в присутствии милиции и понятых зафиксировали смерть от острой сердечной недостаточности. В Волгоградской областной больнице, куда привезли Шукшина, было произведено вскрытие в присутствии студентов. Диагноз подтвердился – сердечная недостаточность. У многих этот диагноз вызвал сомнения, и прежде всего, у Лидии Николаевны - вдовы Шукшина. Дело в том, что перед съемками фильма "Они сражались за Родину" Шукшину делали кардиограмму в ЦКБ, и все было в порядке -  здоровое, крепкое сердце.

Слухов вокруг смерти Шукшина ходило великое множество. Понятые рассказывали, что когда они вошли в каюту, все вещи там были разбросаны, как будто что-то писали, говорили, что на самом деле, Шукшина отравили. Что Бурков утром, открывая дверь в его каюту, почувствовал запах корицы, запах, который бывает, когда пускают так называемый "инфарктный" газ.

Слухи имели свое основание. Для начальства Шукшин был очень неудобным человеком. Прогибаться перед вышестоящими не умел, врать так и не научился. Чиновники разных мастей просто терпеть не могли Шукшина: никогда не знаешь, чего от него ждать.

Можно, конечно, предположить, что был какой-то конкретный исполнитель. Но доказательства этому так и не были найдены. Зато существует огромное количество доказательств тому, как постепенно, из года в год копились мелочи, обстоятельства, случаи, в результате вылившиеся в одну глобальную причину его ухода. В конце концов, настал момент, когда ни его талант, ни народная любовь уже не могли его защитить. Подчиниться всему этому, тому, что он ненавидел, подлости, низости, серости он не смог, притвориться не сумел. Альтернативы не было.

Удивительно, но противостояние Шукшина с официальными лицами продолжалось и после его смерти. Более того, оно обострилось, встал вопрос, где хоронить. Мать Шукшина Мария Сергеевна хотела отвезти сына на родину в Алтайское село Сростки. Но его друзья хотели похоронить Василия Шукшина в Москве, чтобы люди, которые так любили его книги, его фильмы, могли приходить к нему. Они договорились, чтобы Шукшина похоронили на Новодевичьем кладбище. Это было знаковое место для Василия Макаровича.

Но официальные лица допустить такого не могли никак. Этого странного, даже опасного человека и на Новодевичье? Много чести. Похоронить на Введенском, решил кто-то из высокопоставленных чиновников, тихо, незаметно, без помпы. Теперь после смерти он уже не мог ничего им ответить. И первый раз чиновники ощутили власть над ним. Но не вышло – не дали друзья.

Сергей Федорович Бондарчук отправился в Моссовет требовать захоронения Василия Шукшина на Новодевичьем кладбище. Он долго бродил по кабинетам, собирал какие-то подписи, с кем-то согласовывал. Дело в том, что по существующим тогда правилам на Новодевичьем кладбище мог быть похоронен великий человек, но в ранге не ниже народного артиста, а Шукшин был заслуженный деятель РСФСР. Прямого указания не было, чиновники, как обычно, ответственность на себя не брали. В результате дело дошло до самого председателя Совета министров СССР Алексея Николаевича Косыгина. И он под свою ответственность разрешил.

В день похорон было сделано все, чтобы прощание с Шукшиным прошло незаметно. Для этого был выбран будний день, объявлений о панихиде в прессе не давали вовсе, съемка была категорически запрещена. И тогда весь этот день стал походить на акцию протеста. Оператор Валерий Головченко, наплевав на запреты, в одиночку притащил на себе тяжеленную камеру и снял все, что происходило в Доме кино в этот день. Это были уникальные кадры.

А люди при полном отсутствии официальной информации узнавали друг от друга, где будет происходить прощание. И приезжали целыми семьями из разных городов, со всех концов страны, они шли нескончаемым потоком, чтобы проститься со своим любимым героем Василием Макаровичем Шукшиным.