26 июня 2011

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ ИНТЕРВЬЮ

В.ПОЗНЕР: В эфире программа "Познер". Это последняя программа в этом телевизионном году. И нельзя говорить о традициях, поскольку мы всего три года в эфире и поэтому особых традиций нет, но я вам хочу напомнить, что после первого года у нас было ток-шоу с участием Михаила Горбачева. После второго, к сожалению, не получилось ток-шоу. А, вот, третий год мы завершаем тоже ток-шоу, и наш гость – Михаил Дмитриевич Прохоров. Добрый вечер.

М.ПРОХОРОВ: Добрый вечер.

В.ПОЗНЕР: Я позволю себе начать задавать вам вопросы на правах ведущего, а потом уже будем передавать слово нашим гостям или участникам. Итак, пару месяцев тому назад вы сказали следующее: "До того момента, пока состоится съезд, я остаюсь бизнесменом. Либо ты занимаешься бизнесом, либо ты занимаешься политикой. И любые вопросы, связанные с политикой, - ровно с того дня, когда я перестану быть бизнесменом и стану политиком". Можно ли сказать, что со вчерашнего дня вы перестали быть бизнесменом?

М.ПРОХОРОВ: Это абсолютно точно. С завтрашнего дня, с понедельника я ухожу со всех своих бизнес-постов.

В.ПОЗНЕР: Я недавно читал европейское издание американского журнала Newsweek от 20 июня. Там на тринадцатой странице размещена ваша фотография и статья под таким заголовком: "Лояльная оппозиция Кремля". Подзаголовок такой: "Михаил Прохоров, вероятно, возглавит новую оппозиционную партию на предстоящих выборах. Но Путина это не заботит". То, что вы возглавите партию, мои американские коллеги угадали. А, вот, правы ли они, утверждая, что Путина это не заботит?

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, здесь же вопрос ярлыков. Я уже к ярлыкам привык: я и кремлевский проект, и олигархический проект, и бог знает какой проект. Здесь же вопрос очень простой. Вот, я считаю, что мне в жизни повезло, потому что я всегда чувствовал вызов времени. В середине восьмидесятых годов после прихода из армии мы разгружали вагоны, чтобы быть независимыми от родителей. Для нас был огромный драйв. Потом началась кооперация – я работал в кооперации. Затем была банковская система драйвером нашей экономики – я работал в банковской системе. Когда реальный сектор стал основным, я пошел в реальный сектор. Сейчас я чувствую, что есть какой-то вызов из общества, который дает спрос на новые лица, на новый подход и вообще на профессиональную политику, которой, по большому счету, у нас нет. И мне кажется, я этот драйв поймал. Поэтому я пошел в политику совершенно осознанно – я ни с кем не согласовывал свой выбор.

В.ПОЗНЕР: Я собирался вас, на самом деле, спросить о том, что, может быть, потому Путин вас не опасается, что он вас и назначил. Или он вместе с Медведевым. То есть вы однозначно на всю страну, глядя лично мне в глаза, утверждаете, что вас никто не приглашал, никто не уговаривал, а это вы сами со своими коллегами вот так решили?

М.ПРОХОРОВ: Были мои друзья, которые раньше были в большой политике, которые мне говорили о том, что, в общем, это было бы неплохо. Конечно, я советовался. У меня нет большого опыта в политике. Конечно, некоторыми вопросами политическими я занимался, когда был генеральным директором "Норильского Никеля" - это такая своего рода маленькая страна, там все вопросы жизнедеятельности государства, в принципе, представлены. Но такого, скажем так, профессии, профессиональной политикой я никогда не занимался.

В.ПОЗНЕР: А эти ваши друзья, которые, вы говорите, занимали какие-то посты, вы можете хоть одну фамилию назвать? Все-таки, интересно, кто это. Кому мы обязаны вот этим выбором?

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, я спросил их разрешения. Они: "Категорически нет. Дай нам спокойно пожить".

В.ПОЗНЕР: Ясно. Хорошо. Вы на съезде предложили исключить слово "оппозиция" из лексикона партии, поскольку для народа, как вы говорите, это слово стало обозначать политических маргиналов. Как вы считаете, вообще может ли государство прогрессивное, демократическое, идущее вперед, существовать без политической оппозиции? А если не может, то как их называть тогда?

М.ПРОХОРОВ: Если вы посмотрите на страны нормальной демократии, там одна партия у власти сменяет другую. И в их понимании слово "оппозиция" - это одна партия власти оппонирует другой. Или несколько партий.  У нас - абсолютно политическая монополия. Потому что остальные партии не ставят своей задачей биться за власть. Коммунисты работают на свой старый электорат, жириновцы - на свой, "Справедливая Россия" - на свой. Но у них задача в некотором смысле не брать власть в свои руки, если говорить по-простому, а в некотором смысле кормиться от процентов, которые они наберут на выборах. Моя задача другая – мне кормиться не надо, я состоятельный человек, просто я понимаю то, что если не будет новых идей, свежих подходов, то мы как страна еще дальше будем проигрывать конкуренцию с другими странами.

В.ПОЗНЕР: Но вы – оппозиция?

М.ПРОХОРОВ: Я – не оппозиция...

В.ПОЗНЕР: Ваша партия – оппозиционная?

М.ПРОХОРОВ: Наша партия… Мы хотим, чтобы мы были как минимум второй партией власти. На первом этапе в обозримом будущем у нас просто другой подход. Но мы не хотим просто занимать какое-то место, 7-10 процентов, мы ставим своей целью быть второй или потом первой партией власти, которая берет ответственность за страну.

В.ПОЗНЕР: Как вы знаете, в Америке по существу две партии, Демократическая и Республиканская, и они друг друга называют "лояльной оппозицией". Потому что, в принципе, они за одно и то же, но по-разному к этому подходят. Так вы себя называете лояльной оппозицией?

М.ПРОХОРОВ: Я бы назвал так. В российском лексиконе я – вторая лояльная партия власти. Потому что, еще раз говорю, оппозиция – это у нас, к сожалению, маргиналы в хорошем смысле этого слова. Я не хочу следовать, скажем, пути "давайте мы все сломаем и опять наш новый мир построим" – это уже у нас в истории было.

В.ПОЗНЕР: В том же Newsweek говорится, что "если российский миллионер хочет иметь неприятности..."

М.ПРОХОРОВ: Миллиардер, извините. Как-то обидно получается.

В.ПОЗНЕР: Вы извините, ради бога. Просто для меня эти цифры настолько невероятны, что я иногда...

М.ПРОХОРОВ: Я вам помогу.

В.ПОЗНЕР: Так, идет откровенный подкуп прямо во время программы. Итак. Они пишут так: "Если российский миллиардер хочет иметь неприятности, то ему как раз следует начать помогать оппозиционной партии" и ссылаются на пример Ходорковского. Вас вряд ли увлекает или привлекает его опыт. И вообще, по ходу пьесы, как вы относитесь к делу Ходорковского?

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, как лидер политической партии, у меня есть однозначное мнение. Нравится нам закон или не нравится, мы обязаны его уважать, потому что любой плохой закон намного лучше, чем отсутствие закона. Поэтому если приговор вступил в силу, это, что называется, - исторический факт. Но в рамках даже этого, пусть несправедливого закона, как многие считают, или за счет того, что было огромное количество процессуальных нарушений в этом законе и во время следствия, во время судебных процедур, в нем есть право на условно-досрочное освобождение. Вот, я лично считаю, что никаких оснований отказать Ходорковскому и Лебедеву в условно-досрочном освобождении вообще нет. Собственно, я это открыто заявляю.

В.ПОЗНЕР: Скажите, это ваша личная позиция или это позиция, которую разделяет возглавляемая ныне вами партия?

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, я здесь высказываю, наверное, больше личную позицию, потому что не со всеми однопартийцами я беседовал.

В.ПОЗНЕР: Вы знаете, что буквально на днях Центральная избирательная комиссия отказала в регистрации партии ПарНаС, которую возглавляют среди прочих Немцов, Рыжков, Касьянов. И это при том, что согласно данным Левада-центра, если бы сегодня, в воскресенье были бы выборы, эта партия получила бы 9% голосов избирателей. Такое же исследование общественного мнения в отношении "Правого дела" говорит о том, что ваша партия получила бы 1% при том, что вы стремитесь к 15%. Дайте мне свою реакцию, во-первых, на отказ в регистрации, и, во-вторых, - на эти цифры.

М.ПРОХОРОВ: Я вообще считаю, что пора ввести уведомительный порядок регистрации.  Если кто-то хочет делать партию – да пожалуйста. И здесь никаких не должно быть ограничений. А то, что есть цифры у "Единой России" 50, у Парнаса 9, у коммунистов 15, меня это нисколько не смущает. Я стартовал только со вчерашнего дня, у нас еще пять месяцев впереди.

В.ПОЗНЕР: Хорошо. Андрей Исаев, довольно известная фигура в славной партии "Единая Россия" заявил, что вашим избранием "прозападные силы, которые хотят вернуть нашу страну в девяностые годы, бросили вызов "Единой России" и, по существу, народу нашей страны". Что бы вы ответили господину Исаеву?

М.ПРОХОРОВ: Я ему сочувствую. Он работает в политической монополии. А любая монополия боится любой конкуренции. А мы монополии не боимся.

В.ПОЗНЕР: Комментируя введение единоначалия в вашей партии, видный ее член Борис Надеждин заметил следующее: "Прохоров получит настолько широкие полномочия, что станет нашим царем, отцом, богом и воинским начальником".

М.ПРОХОРОВ: Лучше Надеждина не скажешь.

В.ПОЗНЕР: Да, наверное. Лавры Иосифа Виссарионовича никак не привлекают, нет?

М.ПРОХОРОВ: Нет, абсолютно.

В.ПОЗНЕР: Этого даже не говорили, все-таки. И бог как-то исключался.

М.ПРОХОРОВ: Видимо, человек излишне эмоционален. Но если честно говорить, то, действительно, у меня ненормальные полномочия для политической партии. Но считайте, что партия вышла из подполья и нам за пять месяцев нужно совершить серьезный рывок.

В.ПОЗНЕР: Три коротких вопроса, если позволите, перед тем как передать слово.

М.ПРОХОРОВ: Да, конечно.

В.ПОЗНЕР: Как вы относитесь к нынешней деятельности и положению Русской православной церкви?

М.ПРОХОРОВ: У меня довольно сложное отношение. Дело в том, что я считаю, что церковь – важный институт. Но у нас иногда происходят не самые лучшие события. Например, когда некоторые члены Русской православной церкви начинают влезать в мирские дела, говорить нам, что носить, что надевать или начинают заниматься бизнесом – это ненормально. Поэтому когда человек уходил в монастырь от мирских забот, он как раз уходил ради этого. Поэтому пусть церковь занимается тем, чем она должна заниматься (духовной жизнью), а мирскими делами займемся мы сами.

В.ПОЗНЕР: Как бы вы предложили... Я понимаю, что вопрос огромный... Лучше так: у вас есть представление о том, как реально бороться с коррупцией?

М.ПРОХОРОВ: Конечно.  Могу раскрыть. Здесь нет какого-то одного элемента. С чего бы я начал? У нас по Конституции положено четыре вида судов – Конституционный, общий, арбитражный и административный, которого до сих пор нет. Чем он принципиально отличается? Он отличается тем, что если, например, есть инструкция чиновника, которая не соответствует законодательству, любой гражданин может подать в суд и не быть истцом в данном случае, а ответчиком всегда выступает чиновник, и он должен доказать, что эта инструкция соответствует закону. Так это самое грубое нарушение прав наших граждан. Вы вдумайтесь в цифру: 70 миллионов человек в год являются клиентами административной системы, начиная от различных запретов, которые действуют в противовес закону, до штрафов ГАИ. 70 миллионов человек. И мы в этом смысле абсолютно бесправны. И чиновник, выполнивший эту инструкцию, не отвечает даже за выполнение этой инструкции, потому что нет системы дисквалификации, которая, собственно, должна быть в этом административном суде. Если с этого начать, то это значительный будет удар по коррупции.

В.ПОЗНЕР: Это один шаг.

М.ПРОХОРОВ: Это первый шаг, который надо сделать.

В.ПОЗНЕР: Хорошо. Три приоритета для России – это мой последний вопрос.

М.ПРОХОРОВ: Стать нормальной страной с нормальной демократией. Демократией, где есть несколько политических партий, которые являются в моем термине партией власти, то есть те, которые борются за власть.  Второе, должно быть доминирование рыночной экономики. Иначе говоря, роль государства сейчас в экономике слишком большая. Должно быть больше частного бизнеса. И третье, может быть, самое главное – мы должны заложить и, собственно, это моя основная задача, основу уважения к человеку. Потому что сейчас для нас как был человек щепка, когда рубили лес, так он и остается. И это критически важно, чтобы мы не занимались покраской фасада, а чтобы мы занялись строительством фундамента. Основа фундамента любого государства – это его отношение к человеку. Вот этим мы займемся.

В.ПОЗНЕР: Спасибо. Сейчас мы уходим на рекламу, и потом, собственно, ток-шоу. Итак, ждите.

ВТОРАЯ ЧАСТЬ

В.ПОЗНЕР: Михаил Дмитриевич, у нас ток-шоу, вот наши участники – это зрители программы "Познер". Они пришли, потому что они прислали наиболее интересные, на наш взгляд, вопросы. Было много вопросов, поверьте. Но мы отобрали те, которые, как нам показалось, наиболее интересные. Они будут их вам задавать. Но чтобы никто не знал ничего, у вас есть такой листик – тут 39 номеров. И вы по своему усмотрению говорите "Номер такой-то", этот номер поднимает свою руку, я подхожу, и он задает вам вопрос. Вам все понятно?

М.ПРОХОРОВ: Абсолютно.  Я недавно из бизнеса – про цифры еще не забыл. В следующей Государственной Думе мы собираемся быть второй партией, номер 2.

ЗРИТЕЛЬ: Меня зовут Андрей, мой вопрос про иностранные инвестиции. Вот сейчас часто говорят о том, что нам они очень сильно нужны и что нужно улучшать инвестиционный фон в стране. Возникает вопрос: каким образом? Раньше у нас уже были в истории такие ситуации, что нам надо было как-то модернизировать страну, и получалось это делать своими силами, в частности, после войны и в тридцатые годы. А сегодня это невозможно, несмотря на большие сырьевые доходы. Спасибо.

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, мировая экономика сильно поменялась за последние 100 лет. И как и в любом изменении, есть новые правила. Теперь страны конкурируют не только за деньги внутри страны, но и за деньги, которые есть в мире. Так вот, чем более конкурентная страна, тем она больше может привлечь иностранных инвестиций, тем больше может быть построено дорог, заводов, фабрик на территории нашей страны, и тем будут богаче граждане нашей страны. Поэтому это важнейшее конкурентное преимущество любой страны. У нас даже собственные деньги – вы читаете газеты – уходят из страны. То есть часть нефтегазовых доходов наши граждане, компании уводят из страны. Это опаснейший показатель. Нам надо сделать ровно наоборот, и тогда жизнь наша станет намного лучше. В следующей Государственной Думе мы будем на первом месте. Номер 1.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Силенко Сергей, Санкт-Петербург. Я знаю в этой стране, в принципе, несколько коммерсантов, бизнесменов и управленцев. Хотелось бы вас спросить, они считают, что, что называется по-американски, made himself, то есть сделали себя сами. Считаете ли вы себя таковым в этой стране? И в продолжении вопрос, соответственно: если вы считаете себя таковым, то тогда каким образом вы пришли к решению поменять ранг независимого бизнесмена на портфель, грубо говоря, чиновника, который все равно должен прислушиваться к мнению, скажем, съезда, электората или еще кого-либо?

М.ПРОХОРОВ: Я уже частично ответил, что, в общем, я считаю себя self-made. Начинал с погрузки вагонов, сейчас – политическая партия. Причина основная следующая: как бизнесмен я не имею возможность поменять среду. А я набрал определенный личный опыт и мне кажется, я знаю, что надо сделать, чтобы всем жилось лучше. Я это сделал в своих компаниях, теперь пора сделать это для всей страны. Именно поэтому я пошел в политику. Я заканчивал 21-ю спецшколу. 21.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Владимир, Москва. Меня интересует следующий вопрос. Исторически в России богатых не любят. После передела собственности в девяностых годах получилось так, что укоренилось мнение, что богатый – значит, наворовал. Как вы планируете бороться с этой особенностью менталитета и вообще стать добрым барином, скажем, за которого проголосуют избиратели? Спасибо.

М.ПРОХОРОВ: Если честно, я не хочу быть добрым барином, я хочу быть соратником. И пора ломать стереотипы. Если вы посмотрите социологические опросы, то во многих малых и средних городах люди, которые настрадались от проблем, хотят, чтобы мэрами городов стали успешные и богатые люди. Потому что точно эти люди воровать уже не будут. У нас приходят в политику для того, чтобы кормиться. А должны приходить люди, которые уже богатые и самодостаточные, и чтобы их главной мотивацией было помочь людям. Вот это вот самое главное, мне кажется. Я всегда был отличником. Номер 5.

ЗРИТЕЛЬ: Юрий Петросян, Москва. Во-первых, Михаил Дмитриевич я вас поздравляю и поздравляю нас всех с избранием вас лидером партии.

М.ПРОХОРОВ: Спасибо.

ЗРИТЕЛЬ: Мой вопрос, может, банальным покажется, но вам задает вопрос ваш потенциальный избиратель. Какие у вас реальные политические взгляды? И хотел бы услышать ваше понимание, представление о принципе разделения властей.

В.ПОЗНЕР: Давайте именно это, принцип разделения властей. Потому что изложить все свои взгляды вряд ли удастся.

М.ПРОХОРОВ: Мы живем в РФ, а устройство у нас как у Российской империи. У нас хорошо прописана только президентская власть. Этого недостаточно ни для развития, ни для стабильности. Поэтому мое предложение крайне простое. Первое, нужно дать возможность талантливым людям попадать в Государственную Думу самим, минуя политические партии. И 25% Думы должно быть основано на талантливых людях, которые сами могут пойти. Вот, хочется им – пусть идут.
Второе. Если уж мы оставляем назначаемых губернаторов, передать им федеральные функции. Хорошая система – это та, которая решает проблему на месте ее возникновения. Сейчас это абсолютно не так – я могу сотни примеров привести.
Следующее, я считаю, что два наших самых крупных города – это Москва и Санкт-Петербург – по сути, это те же мэры городов, они должны быть избираемыми. Как, собственно, и мэры городов, я против сити-менеджеров, так и главы самоуправления. Более того, деньги нужно передать мэрам и главам самоуправления. Люди должны сами контролировать общественные деньги, и тогда у мэров будут не только обязанности, но и возможности реализовать те функции, которые у них есть. Если мы хотим, например, заниматься реформой ЖКХ, бесполезно это делать на уровне федерального центра. Трубой занимается мэр – дайте ему возможность, у нас все будет нормально.

В.ПОЗНЕР: Не могу не спросить вас насчет избираемости. Только мэров Москвы и Питера? А остальных?..

М.ПРОХОРОВ: Всех городов, всех самоуправлений. Более того, на нижнем уровне я бы предлагал избирать судей, глав полиции, сборщиков местных налогов и прокуроров. То есть в нижнюю часть должны попадать люди, в эту систему, которые не только проходят квалификационные, иногда мутные коллегии, а чтобы люди сами выдвигали ярких людей, справедливых в эту систему.  Следующий номер 13 – он не нуждается в представлениях.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Весельский Борис, Москва. Хотелось бы узнать ваше личное мнение относительно товарища Мутко. В случае выступления нашей олимпийской сборной летом отрицательно, господин Мутко должен уйти в отставку или нет?

М.ПРОХОРОВ: Вопрос довольно сложный. Я думаю, что любой человек, который не справился с задачей, должен уходить. Но вопрос в том, один ли Мутко повинен в том, что происходит в нашем спорте? У нас происходит системная деградация в области культуры, спорта, в образовании, в здравоохранении. То есть это в некотором смысле системная проблема. И если мы эту систему всю не поменяем, у нас никогда не будет огромного количества олимпийских побед, не будет квалифицированных специалистов. И люди, которые будут заканчивать высшие заведения, как вы знаете, более 60% не могут найти работу по профессии. То есть это, в принципе, звенья одной цепи. И отдельно Мутко, конечно, можно назначить стрелочником, но это не поможет: от перемены мест слагаемых сумма не меняется.

В.ПОЗНЕР: А, все-таки, вы говорите "системная деградация". Конкретно, на примере образования, например. Что это такое - системная деградация?

М.ПРОХОРОВ: Что такое образование? Это важнейший социальный лифт для того, чтобы человеку быть успешным. Если вы заканчиваете высшее учебное заведение и заранее знаете, что у вас не будет работы, то все остальное бессмысленно. А сейчас такое: 60% людей не могут работать по профессии. А система образования должна как раз стимулировать людей учиться на те должности, которые востребованы рынком. То есть рынок труда не соответствует главному социальному лифту – образованию. Номер 39 – он последний.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Марина, и мой вопрос как раз по этой же теме, которую мы сейчас подняли. В СМИ много говорится о том, что ваш Ё-мобиль готов к выпуску, ваша команда готова начать серийное производство. У вас будет много проблем, и самая главная, с которой вы столкнетесь – где вы возьмете столько квалифицированных токарей, сварщиков и рабочих простых специальностей? Будете ли вы вкладывать деньги в училища и техникумы, чтобы ребятам был стимул как раз таки осваивать свою специальность?

М.ПРОХОРОВ: Конечно же, мы это дело будем делать обязательно. И когда я был гендиректором "Норильского Никеля", я очень много занимался техникумами и профтехучилищами, чтобы воссоздать ту цепочку, которая была временно, я надеюсь, разрушена. Что касается Ё-мобиля, то в связи с тем, что это проект инновационный, он требует меньшее количество рабочих мест, но более высокооплачиваемых. Поэтому, в принципе, я думаю, что большое количество ребят, которые получили высшее образование и не могут найти себе работу, могут быть переучены и как раз занять те высококвалифицированные достойные рабочие места, чтобы у них не было ощущения неуспеха в жизни.

В.ПОЗНЕР: Смотрите, Михаил Дмитриевич, вы сказали, что  с понедельника вы уже не бизнесмен. А Ё-мобиль – это как раз результат вашей бизнес-деятельности. Вы уходите – что происходит   с тем же Ё-мобилем и прочими вашими,  скажем так, инновациями?

М.ПРОХОРОВ: Как Путин один не сможет спасти всю страну, так и я не могу быть единственным сильным менеджером в моей системе. У меня очень сильная команда. И поэтому я без всяких проблем могу передать бразды правления моей команде. Это суперпрофессионалы, и они это доказали на рынке.  Родился я третьего мая. Номер 3.

ЗРИТЕЛЬ: Я бы хотел спросить, как вы относитесь к современному искусству и что нужно сделать, чтобы бизнесу было интересно поддерживать инновационные вещи в искусстве.

В.ПОЗНЕР: Я просто хочу уточнить. Вы имеете в виду живопись, скульптуру – такие вещи? Или кино, или что?

ЗРИТЕЛЬ: Музыка, художественное...

М.ПРОХОРОВ: В широком смысле этого слова, я так понимаю, да? Мне кажется, все, что объединяет людей разных профессий – это культура. Культура страны, в которой мы живем. Поэтому это как раз то, на что мы делаем акцент в будущей программе нашей партии. А для того, чтобы бизнес поддерживал культуру, не надо придумывать велосипед. Есть система налоговых льгот, когда бизнесменов, которые заботятся о развитии среды вокруг не только своих предприятий, а государства в целом, есть небольшие налоговые льготы, которые позволяют помогать культуре. Более того я вам скажу, что этого еще и недостаточно. У нас лучшие менеджеры собраны как раз в бизнес-предприятиях. Нужно еще тратить время, чтобы научить культурную и социальную сферы быть успешной и прибыльной. Такие примеры есть. Недаром же лучшие представители… Немирович-Данченко, например, был бизнесменом.

В.ПОЗНЕР: Скажите, пожалуйста, эти льготы, о которых вы говорите, есть теоретически. То есть в некоторых странах они есть, у нас они не действуют, насколько я знаю.

М.ПРОХОРОВ: У нас даже если некоторые есть, то с точки зрения технологии их делать нельзя, потому что налоговая служба их не принимает. Это вопрос нетехнологичности страны.

В.ПОЗНЕР: А вы пытались вообще когда-нибудь пробить эту?..

М.ПРОХОРОВ: Я думаю, что многие люди и, собственно, мой бывший партнер Владимир Потанин этим занимался. Но здесь вопрос заключается в том, что если страна вся не технологичная, невозможно на одном участке сделать технологию, которая будет работать. Номер 33.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Ирина. Я поздравляю вас со вступлением в должность. Не в должность, простите. То, что вы получили лидерство, все-таки. Я хотела узнать. Дело в том, что вы являетесь сторонником того, чтобы раздать пахотные земли, земли сельхозугодий людям (такое прозвучало в интернете). Действительно ли это так и как вы это предполагаете? Как передать людям эту землю?

М.ПРОХОРОВ: У нас огромное количество брошенной земли, которая никому не принадлежит. И несмотря на то, что мы уже лет 150 говорим про Земельную реформу (а это основное наше богатство – земля), она так еще и не завершена до конца. Нельзя спокойно купить и продать землю – рынка земли нет. Поэтому мы предлагаем всю брошенную землю, которая есть у государства, по понятной системе передать гражданам. Граждане сами разберутся, что с этим делать. Кто-то хочет построить дом, кто-то хочет сеять там клубнику, овощи, кто-то хочет скупить больше земли и сделать там другой бизнес. Делать это довольно просто, и все страны это делали, делая кадастр и делая, в общем-то, понятные лоты, которые могли бы быть переданными нашим гражданам. Вопрос это политической воли. Соответственно, 150 лет назад у Александра-Освободителя политической воли не хватило. А 150 лет спустя, пожалуй, мы этим готовы заняться и довести до конца. Номер 37. На этом рубеже легли Байрон и Рембо.

ЗРИТЕЛЬ: Козлов Илья, Рязань. Михаил Дмитриевич,  что вы оставите после себя в отечественном биатлоне и какие ошибки были сделаны с вашей стороны в прошлом сезоне, если были такие?

М.ПРОХОРОВ: Самая моя, пожалуй, основная ошибка, что после Олимпиады я пожалел часть людей, от которых нужно было высвобождаться. Формально мы достигли результата вполне приемлемого, и я дал еще им возможность один год проявить себя. Я уже тогда понимал, что это ошибка. Но я к людям отношусь очень трепетно, и в этом смысле я эту ошибку признаю. Сейчас собрана самая сильная команда, и я думаю, что в новом сезоне вы сразу почувствуете разницу. Номер 10.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Олег Ким, республика Казахстан, Алматы. Уважаемый Михаил Дмитриевич, месяц назад вам уже подобный вопрос задавал господин Венедиктов. Правда, тогда вы красиво ушли от ответа и не сказали ничего по существу. Поэтому позвольте задать его повторно. Во всех без исключения  странах, которые мы всегда приводим в качестве примера, в том числе включая партнеров России по "большой восьмерке" и БРИК, применяется "горбатая" шкала подоходного налога. Его размер для местных богачей составляет от 27,5% в Бразилии до 45% в Германии. Как вы считаете,   почему глава федеральной налоговой службы настаивает на сохранении в стране плоской шкалы налогообложения? И не это ли прямое свидетельство сращивания крупного бизнеса с властью? Не за подобные ли законы вас и ваших коллег по цеху до сих пор называют "олигархами"? Спасибо.

В.ПОЗНЕР: Я бы добавил, вы, вообще-то, сами за какую шкалу?

М.ПРОХОРОВ: Я сейчас все расскажу. Во-первых, я горд тем, что я – самый крупный налогоплательщик страны как физическое лицо. То есть со всех своих сделок я плачу налоги. И наиболее крупная и нашумевшая – это 13 миллиардов рублей я перечислил за те сделки, которые я делал. Мне кажется, что есть несправедливость в том, что и богатые, и бедные платят 13%. Но это как посмотреть. Должна быть система, логичная в целом. А когда у нас система с изъянами, где одно звено противоречит другому, если сейчас поднять 13%, то люди будут уходить от налогов. Смотрите, что случилось с малым бизнесом. Подняли ставки, вот даже мои менеджеры, у меня два малых предприятия, которые обслуживают мои дома, первое, что мне написали: "Давайте перейдем на черные схемы". Вот, собственно, реакция.
Людей сначала нужно приучить, и это довольно длинный период, он, может быть, займет еще 10-15 лет, что налоги нужно платить. Каждый человек, получая зарплату, не чувствует себя налогоплательщиком, он не знает, что есть страховые взносы, которые платит его предприятие. Я бы сделал по-другому: я бы дал возможность человеку получать полную сумму денег, а все остальные налоги платить уже самому, чтобы он ощущал, что его деньги идут полностью. И тогда он может требовать от государства, собственно, ответной реакции, будучи налогоплательщиком. То есть пока полная культура не сделана, это очень опасно менять какую-то вещь. Хотя, это кажется несправедливым – и здесь я с вами согласен.

В.ПОЗНЕР: Скажите, пожалуйста, долго – это сколько, все-таки?

М.ПРОХОРОВ: Я думаю, что вопрос, ведь, заключается в том: у нас есть политическая воля начать менять всю систему? Если начнем сейчас, думаю, что лет 7-10.  Номер 25.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте, Михаил Дмитриевич, меня зовут Носикова Марина, студентка и вопрос у меня политического характера. Как вы относитесь к личности Михаила Сергеевича Горбачева? И считаете ли вы развал Советского Союза ошибкой? Спасибо.

М.ПРОХОРОВ: У меня двойственная позиция по этому вопросу. С одной стороны, Михаил Сергеевич участвовал в похоронах коммунизма, за что ему большое спасибо.Тот строй – я его являюсь классовым противником. Я жил, знаю его очень хорошо и я за рыночную экономику. А с точки зрения хозяйственных связей, -  большая страна всегда лучше, чем страна поменьше. Хотя, справедливости ради, 1/8 часть суши – это тоже очень много. И мы еще не научились ее обживать. Посмотрите, если вы поедете из Москвы, например, в Санкт-Петербург: у нас огромное количество брошенных деревень. Поэтому давайте мы не будем переживать о прошлом, а займемся настоящим, и тогда в будущем у нас будет все замечательно. Номер 12.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Алексей Червяк, город Пермь. Вопрос о военно-патриотическом воспитании молодежи. В армии говорят так: "Левой-левой". Я так понимаю, вы в политику вошли с правой. Как это, на ваш взгляд, выглядит в отношении этого вопроса молодежи, в целом?   Вопрос: что вы намерены предложить по возрождению былых позиций в военно-патриотическом воспитании молодежи?

М.ПРОХОРОВ: Понятно. Во-первых, в политику я вошел на двух ногах, а не с одной. Это принципиальная разница. А с точки зрения... Видимо, это отношение к армии, основная вещь. Я бы сделал бы, если честно, по-другому. Я – сторонник профессиональной армии. Но переход с призывной армии на профессиональную любой стране дается нелегко, даже такой большой как Америка после Вьетнамской войны. Я бы сделал в течение очень короткого периода, я бы заменил обязательный призыв добровольным. И принципиально поменял бы психологию армии. Одно дело, нагибать людей служить и совершенно другое дело - уговаривать. И менталитет военкоматов и армии немедленно бы поменялся. А за это армия должна взять на себя обязательство, во-первых, чтобы по окончанию этого срока у молодого человека или у девушки была гражданская профессия, и государство обязано этого человека, который отслужил год, два, три, как договоримся (это же добровольная история?), взять обязанность трудоустроить его по профессии. А если нет, выплатить значительную компенсацию. Вот тогда у нас с патриотизмом будет все в порядке.  Именно с патриотизмом. Потому что это ненормально, когда наши люди не хотят идти в нашу армию.

В.ПОЗНЕР: Я просто сейчас подумал. Вы знаете, я нахожусь на съемках в Италии, там иногда встречаюсь с нашими гражданами, и они говорят: "Ой, мы здесь замечательно отдыхаем, и совсем нет русских". О себе же, получается, да? Как вы это понимаете, такое какое-то отрицательное отношение к своей же стране, к своим же людям? "Вот, мне хорошо, тут нет русских" - "А ты сам-то?" - "Я-то русский, но, вроде другой, что ли". Вот, что это такое, на ваш взгляд?

М.ПРОХОРОВ: Это та система, которая много веков, к сожалению, присутствует в нашей стране: человек не является основной ценностью. Это проявляется буквально везде. Могу привести огромное количество примеров. Могу один простой. Жилье военнослужащим. Отличная программа. Конечно, у нас офицеры, семьи обездоленные. Но мужчина в 45 лет выходит со службы, отслужил, построили вполне приличный дом. Но никто не подумал, сделали военный городок, а где эти молодые люди будут работать? И через 2-3 месяца начинаются гигантские проблемы. Потому что никто не думает о человеке, собственно говоря. Главное, решить вопрос: дали квартиру – и, типа, успокойтесь. Вот в этом проблема. И она везде одинакова. Какой вопрос ни возьми, я могу сказать, что о человеке не думает никто. Самый жесткий пример. У нас что было самое страшное в Советском Союзе? Расхищение социалистической собственности. Посмотрите сейчас на законы: за экономические преступления, которые, конечно, надо карать, дают большие сроки, чем убийцам, которые покушаются на человеческую жизнь. То есть оставшееся нам со времен СССР: мы свою собственность на уровне государства ценим дороже, чем человеческую жизнь. Вот вам и ответ.
Номер 22.

ЗРИТЕЛЬ: Добрый вечер. Хорошее образование не всегда гарантирует удачный старт в карьере. Важны различные характеристики, такие как личные качества, связи, просто удача. Ваша формула успеха в чем состоит? Это трудоголизм или, скорее, вера в достижимость своего успеха?

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, я не очень верю в удачу. Мне нахаляву ничего не достается. Когда много работаешь и упорно, добиваешься результата. И то, кстати, не всегда. Когда не добился результата, не надо опускать руки, потому что свои поражения я люблю не меньше, чем победы. Без поражений дальше побед не будет.

В.ПОЗНЕР: А скажите! Успех. Составные части - талант, труд и везение. По процентам попробуйте, сколько чего надо для успеха, труда, таланта, не знаю,   и везения.

М.ПРОХОРОВ: Я думаю, труд – 50%, талант – 25%, образование – 24,5%, а 0,5% отдадим, все-таки, удаче и успеху. Номер 32.

ЗРИТЕЛЬ: Меня зовут Алла, я из Краснодара. Вы часто говорите о том, что вы любите делать деньги. Покупка вами баскетбольного клуба NBA Нью-Джерси Нетс – это больше говорит о вашей любви к спорту, именно к баскетболу, либо, все-таки, к процессу получения прибыли, денег? Спасибо.

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, любой спорт – это и бизнес, и любовь. То есть невозможно не любить спорт и иметь клуб. Здесь ситуация такая, что я очень долго владел баскетбольным клубом ЦСКА, и мы с ЦСКА выиграли все, что возможно. Но у нас, к сожалению, бизнес-система не работает, а мне захотелось попытать счастья и успеха в самой конкурентной лиге мира. И я очень рад, что я – первый иностранец, который смог купить баскетбольный клуб. И я обещал, что через 4 года мы станем чемпионами NBA. Но еще есть более важная задача –социальная. Мы очень сильно отстали в подготовке спортсменов в игровых видах спорта. Я хочу технологии NBA принести в наш студенческий баскетбол, чтобы через какое-то количество времени, лет через 10-15 у нас появлялись сильные игроки, чтобы мы могли на равных конкурировать с лучшими баскетболистами. То есть без этого заимствования дальше невозможно.

В.ПОЗНЕР: Я, вообще, болельщик баскетбольный, NBA в частности. Как, на ваш взгляд, все-таки, со времени приобретения вами этого клуба, он  пошел получше? Потому что он был совсем плох.

М.ПРОХОРОВ: Уже в два раза больше выиграли, чем в самом плохом сезоне.

В.ПОЗНЕР: Это уже хорошо.

М.ПРОХОРОВ: Уже хорошо, конечно. Номер 34.

ЗРИТЕЛЬ: Василий, Вологда. Михаил Дмитриевич, такой вопрос. Какова позиция партии "Правое дело" по вопросу повышения пенсионного возраста?

М.ПРОХОРОВ: Я эту позицию уже высказывал, у меня позиция отрицательная. Я объясню почему. Сначала нужно добиться, чтобы наши граждане имели нормальный возраст дожития. Как можно повышать пенсионный возраст, если у нас средний возраст мужчины, который уходит из жизни, около 60 лет?  Ниже пенсионного. О чем мы вообще говорим? Это, конечно, популярная мера говорить о том, что... Меня уже обвинили в том, что я не правый. Причем здесь правый или левый? Если наши люди меньше всех живут, так давайте мы сначала поправим систему здравоохранения, поднимем уровень жизни, и тогда уже нормальным общественным консенсусом это поднимем. Сначала сделать надо одно, а потом другое. Номер 36.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте, меня зовут Артем, я – лидер молодежного профсоюзного движения России, у меня к вам вопрос. Мне хочется знать ваше мнение, по поводу того, есть ли у вашей партии что-то инновационное в молодежной политике нашего государства? И как вы думаете, как мировоззрение и цели, и ценности ребят, которые уехали за рубеж для получения образования с последующим трудоустройством и получением визы, отличаются от тех целей и мировоззрения ребят, которые работают в России и вкладывают свою душу в Россию?

М.ПРОХОРОВ: Понятно. Самое инновационное решение, которое сейчас лежит на поверхности, - это соединить образование с рынком труда. И если мы это уже сделаем в течение 10 лет, это будет революционное инновационное решение. Потому что до тех пор, пока молодые люди не имеют работы, рассуждать об инновациях для молодежи довольно странно. То есть это вторичная часть по сравнению с тем, что есть. Теперь вы, видимо, спрашиваете о том, что наши ребята уезжают за границу, там остаются работать, а обратно не возвращаются. Но у нас не возвращаются и капиталы, которые уходят из нашей страны. У нас уехало за последние три года больше двух миллионов людей. Большинство из них были, на самом деле, очень успешными. И если молодые ребята, даже получив образование здесь (и последние опросы об этом говорят, что 21% мечтает уехать за границу), значит, у нас чего-то в консерватории не так. Давайте мы поправим для того, чтобы было ровно наоборот – чтобы иностранцы очень хотели приезжать к нам работать и стояли в длинные очереди. Тогда это будет лучшая форма патриотизма.

В.ПОЗНЕР: Позвольте вас спросить. А вы считаете, что существует в нашей стране сегодня молодежная политика?

М.ПРОХОРОВ: Нет, не существует.  Номер 28.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Я, вот, являюсь студентом третьего курса по специальности мировой экономики. Мой вопрос достаточно похож с предыдущим. Сейчас для нас, студентов главным критерием успеха является, собственно, поступление в иностранный вуз и тоже эмиграция - устройство на работу дальнейшее и так далее. Тем не менее, мы родились здесь, в России, мы очень любим свою родину и готовы здесь работать на благо своей страны. Что бы вы предложили мне или студентам, которым тоже  осталось учиться 2-3 года, чтобы они реализовывали себя здесь, в России?

М.ПРОХОРОВ: Мне кажется, человек уже взрослый, когда он оканчивает школу. Чего здесь не хватает? Не хватает информации, а какие профессии дефицитны на рынке труда. Когда вы идете в экономисты или в инженеры, не важно, любая профессия, вы должны знать, как будет выглядеть рынок труда через 5-6 лет. Это должно быть известно – можно было бы зайти в интернет и прочитать. Этого у нас сейчас нет, потому что страна живет от выборов до выборов. А должен быть прогноз на 15-20 лет. Потому что реально новые отрасли, инновационные или традиционные невозможно поднять за 5 лет. Это долгосрочный план. И там должно быть написано: "Будет требоваться такое количество профессий, и они будут приблизительно оплачиваться вот так". И у вас после окончания одиннадцатого класса должен быть выбор: вы хотите иметь престижный вуз с престижной профессией, но вы будете знать, что вы будете безработным, например. Это нормально, это ваш выбор. Или вы пойдете туда, где вам будет гарантирована работа. То есть нельзя у человека забирать выбор. Это очень просто. Номер 9.

ЗРИТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Александр, Санкт-Петербург. Как раз таки у меня вопрос в тему насчет образования. Вы уже обмолвились, что более 60% учащихся, которые заканчивают институты, работают не по специальности или вообще не работают. То есть в нашей стране дисбаланс спроса на квалифицированную рабочую силу и предложение программ обучения в институтах. Вы как влиятельный человек, как вы можете повлиять на обучающие программы в институтах, скажем так? Может быть, стоит популяризировать те или иные профессии? Потому что я считаю, что человек должен идти учиться не на того, кем ему хочется быть, а, прежде всего, как вы сказали, чтобы он был уверен, что у него будет доход после того, как он закончит учебу.

М.ПРОХОРОВ: Давайте, вот, по существу. Сейчас выпускники получают 70% образование высшее, и 30% среднеспециальное или среднее. Рынок труда требует 20% высшего образования и 80% среднеспециального. Можно за 10 лет поднять, например, 35 на 65. Но, вот, той пропорции как сейчас, не будет никогда. Отсюда вывод: либо мы готовим, собственно, наших людей для того, чтобы они работали у нас в стране, и мы создаем престижные профессии. Ну, например, программист не обязательно должен быть с высшим образованием. Есть огромное количество работы, которая делается с достойным среднеспециальным образованием. И тогда молодежь будет уезжать. Вот, собственно, это наш выбор: мы должны одно привести к другому.

В.ПОЗНЕР: Я боюсь, что время у нас уже практически заканчивается. Кто не попал, извините, тут уж как получалось, так получалось.

М.ПРОХОРОВ: Беру вину на себя.

В.ПОЗНЕР: Да. Вопрос. Вы как-то сказали, что если ваша партия будет неуспешна в декабре, то вы уйдете с поста лидера. Это так?

М.ПРОХОРОВ: Вы знаете, меня уже мои соратники поправили. Я рассуждал тогда как бизнесмен, но не как политик. Они сказали так, что это съезд будет решать, уйдешь ли ты или нет. Я с этим согласился.

В.ПОЗНЕР: Теперь я хотел бы ко всем вам обратиться, но очень серьезно  со следующим вопросом. И прошу ответить на него честно, насколько можете. Если бы через неделю, в воскресенье состоялись бы президентские выборы или даже думские выборы, кто из вас проголосовал бы, после сегодняшней встречи, за Прохорова и за его партию? Спасибо. А кто бы не проголосовал? Вот видите, вам еще надо кое-кого убеждать.

М.ПРОХОРОВ: Я только начал, всего второй день.

В.ПОЗНЕР: Я благодарю вас всех за участие в программе. Михаил Дмитриевич, я вас тоже очень благодарю, что вы пришли и нашли время. И вообще у нас некоторый эксклюзив получился, благодаря вам. Удачи вам.

М.ПРОХОРОВ: Спасибо.