Бывают такие названия мест и городов - звучат романтично, но как-то не тянет. Гуантанамо. Американская тюрьма для военнопленных на Кубе. Именно там сидят главные плохие парни, солдаты мирового терроризма.

Среди них есть и русские - прошлой весной пятерых граждан России, взятых американцами в плен в Афганистане, выслали на Родину за недоказанностью их вины. Но песни без конца не бывает - две недели назад одному из этой пятерки российская прокуратура предъявила обвинение в нападении на Нальчик, а в четверг замгенпрокурора Николай Шепель заявил о неопровержимости улик следствия.

Еще трое живут в Москве и на вопрос, что они делали в Афганистане, отвечают - шли учиться. Ответ довольно остроумный, если вспомнить что талиб в переводе означает студент. Так или иначе, все они рассказывали о леденящих душу ужасах Гуантанамо - не тюрьма, а ад. Так это или нет - выяснял Кирилл Брайнин - он оказался в Гуантанамо первым нашим соотечественником по эту сторону тюремной решетки.

Каждое утро на военной базе Гуантанамо начинается с американского гимна. Южная часть Острова Свободы - это колючая проволока и усиленный режим охраны от края до края. Сюда можно попасть только самолетом с Американской территории. И только через месяц согласований с Пентагоном. На летном поле встретят улыбающиеся охранники и сразу попросят выключить камеру.

За прессой наблюдает настоящий капитан Америка. Джон Адамс прошел Афганистан и Ирак, и вот теперь пресс-служба Гуантанамо.

До тюрьмы, которую называют самой жестокой после иракского Абу Грейб, каждое утро возят на пароме по заливу Карибского моря. Здесь никогда не видели российских журналистов. Капитан Адамс следит за каждым движением камеры.

Джон Адамс, капитан: "Можете снять небольшую панораму. Вот отсюда до сюда. Но не снимайте вот там башни на том берегу".

Чашка кофе без кофеина - и можно заступать на пост. Патруль Гуантанамо - это Хаммеры с автоматическими пулеметами М-60 на крыше. Капрал Джулиан Родригес сидит в люке уже больше года. Одна пуля из его оружия отрывает ногу. Желающих сбежать пока не было.

Джулиан Родригес: "Сбежать? Да нет, ну что вы. На моей памяти такого не случалось. Да и, по-моему, это абсолютно невозможно".

В тюрьме Гуантанамо сейчас почти пятьсот подозреваемых, в основном, из Афганистана. Большинство из них американцы считают террористами. А Гуантанамо - единственное место, где бороться с ними можно без политкорректности. Уровень охраны - максимальный. Фотографироваться у ворот лагеря нельзя даже своим.

Это первая линия ограждений Кэмп Дэльта. Тюрьма Гуантанамо разделена на пять лагерей. Самых опасных подозреваемых держат в пятом. Тех, кто пытался напасть на охрану, во втором и третьем. В первом - смешанный состав. Самый льготный режим в четвертом. Здесь, как говорят американцы, сидят intelligent people, то есть интеллигентные люди.

Интеллигентных людей разрешают снимать только от бороды и ниже. На заключенных белая форма, - значит, уровень опасности минимальный. У них нет официального статуса пленных или заключенных, но пока они здесь, Америка может спать спокойно. В четвертом лагере нет одиночек, можно гулять и играть в футбол. Правила не такие строгие, как в остальных лагерях, но все равно обязательны к выполнению. Вот даже по-русски: вы будете наказаны, если не подчиняетесь правилам лагеря.

Энтони Мендез, начальник охраны лагеря №1: "Ну, обычно подозреваемому меняют форму на оранжевую. Это дисциплинарная мера. Как правило, недели на две, зависит от нарушения. Конечно, его продолжают кормить, он может гулять, но не так часто как раньше".

Начальник охраны первого лагеря сержант Энтони Мендез показывает пустые камеры. Куда делись заключенные - остается только догадываться. В одиночных клетках, как в музее. Коврик, форма, тапочки и настольные игры - образцово-показательный быт обитателей Гуантанамо в интерьере. При входе висит Коран.

Руслан Одижев, бывший заключенный тюрьмы Гуантанамо: "Там бывали оскорбления религиозных чувств, когда рвали Коран и кидали его в туалет".

Руслан Одижев просидел в лагере Гуантанамо почти полгода. Он так называемый российский талиб. Его задержали в Афганистане вместе с бойцами талибана. Но участия в военных действиях не доказали. Руслан говорит, с заключенными на Гуантанамо обращались не просто жестко. Издевались, били и за малейшее неповиновение сажали в карцер.

Руслан Одижев, бывший заключенный тюрьмы Гуантанамо: "Кто-то даже в тех условиях не выдерживал, сходил с ума. Мы видели людей, которые сошли с ума. Видели людей, которые больше семи месяцев не выходили из карцеров-холодильников".

Автоматические двери, толстые решетки и кирпичные стены. Это лагерь номер пять для самых опасных. Одна из камер, говорят, дожидается Усаму Бен Ладена. Внутри узкое оно, железное зеркало и железные унитаз с раковиной.

Охранник: "И вот здесь под матрасом стрелка. Она указывает на Мекку".

Здесь форма заключенных только оранжевая, а прогулки редко и только в клетке.

Тюрьма тюрьмой, а служба службой. Вот так в американской армии становятся сержантами. Джеффри Картер получает новые шевроны. Он тоже отвечает за прессу. Очередное звание за то, что ничего лишнего при нем не сняли.

Генерал-майор Джей Худ - начальник тюрьмы Гуантанамо. Он говорит, читал много докладов правозащитников о пытках в его лагере, но ничего даже близко похожего на правду в них нет.

Джей Худ, генерал-майор, начальник тюрьмы Гуантанамо: "Любые предположения о том, что мы здесь кого-то мучаем или пытаем, - абсолютно бредовые. Это ложь. Конечно, мы допрашиваем огромное количество подозреваемых. Но никогда никого из них не пытали, чтобы получить информацию".

Рэмси Кларк, адвокат: "Нет абсолютно никаких сомнений в том, что подозреваемых здесь, на Гуантанамо, пытают. Я могу привести много примеров. Моего клиента подвергали, как это называют американцы, моментальной реакции, - они сыпали ему в глаза перец и тыкали в глаза пальцами. Он теперь ослеп на один глаз. И они еще говорят, что так и было. Это ложь. Его ослепили американские военные".

Британский адвокат Рэмси Кларк уже девятый раз на Гуантанамо. Он защищает многих подозреваемых, в том числе из России.

Один из его клиентов Расул Кудаев. Он провел на Гуантанамо больше года. Из американской тюрьмы Расул вернулся инвалидом. Несколько месяцев за неповиновение охране он просидел в карцере-холодильнике.

Расул Кудаев, бывший заключенный тюрьмы Гуантанамо: "Карцер это такая комната - и в потолке дырка. Оттуда дует кондиционер. И очень холодно. А одеяло тонкое совсем. не греет вообще. И когда утром просыпаешься, такое впечатление, что у тебя почки прилипли".

Расула Кудаева сейчас подозревают в нападении на милицейский пост в Нальчике. Генпрокуратура утверждает, что его вина практически доказана.

Еще до ареста Расул нарисовал схему знаменитого лагеря, которую мы показали генералу Худу.

Джей Худ, генерал-майор, начальник тюрьмы Гуантанамо: "О, это очень похоже на план Кэмп Дельта".

Генерал внимательно смотрел на рисунок и поначалу даже спрашивал, можно ли оставить себе.

Корреспондент: "O.K, It's a present".

Джей Худ, генерал-майор, начальник тюрьмы Гуантанамо: "Вообще, это не очень хороший рисунок. Можно было нарисовать гораздо лучше. Спасибо оставьте себе".

Сержант Джеффри Картер показывает заброшенный лагерь. Здесь заключенных держали всего несколько месяцев, пока не появились новые инструкции по безопасности.

Джеффри Картер: "Вот здесь одиночная камера. Но никакой зелени, которую вы здесь видите, тогда не было".

Через пару дней на Гуантанамо начинает казаться, что ты в музее. Правда, есть залы, в которые не пустят никогда. Посмотрите направо, посмотрите налево. Но слишком сильно крутить головой тоже нельзя. Американская свобода слова здесь выглядит вот так. Каждый вечер в пресс-центре просматривают отснятые кассеты. Лишние кадры затираются. То, что вы сейчас видите, не стерли случайно - военные не заметили вторую камеру.

В пресс-центре: "Вот эти военные не хотят, чтобы вы показывали их лица. Нужно стереть".

Еще одна экскурсия - на кухню. Здесь готовят еду для заключенных. Лейтенант Джонатан Сим отвечает за все, что принесут в камеру.

Джонатан Сим, лейтенант: "Вот тут готовят основное блюдо. Шиш Кебаб. Все готовится традиционным для ислама способом. И многие получат двойные порции. Таковы традиции во время священного праздника Рамадан".

Меню для подозреваемых из четырех блюд. Рядом режут свинину, но, говорят, это для военных. 30 заключенных Гуантанамо объявили голодовку. На вопрос о причинах военные пожимают плечами. И показывают специальные трубки и питательную смесь. Ставят капельницы, чтобы никто не умер. Бывает, правда, что подозреваемые отказываются.

Джон Эдмондсон, командующий медицинским подразделением Гуантанамо: "Ну, это бывает очень редко. И это для нас очень серьезно. Но обычно мы просто разговариваем с ними и убеждаем, что это нужно для их здоровья".

Военная база Гуантанамо существует уже больше ста лет. Американцы арендуют землю у правительства Кубы. Правда, с приходом Фиделя Кастро отношения испортились. Командующий базой капитан Марк Лири говорит, это уникальная ситуация. Когда последний раз платили, он еще ходил в школу.

Марк Лири, командующий военной базой Гуантанамо: "Правительство США обычно платит чеком. Всего четыре тысячи долларов в год. Но всего два чека были обналичены. В 1959-м и в 60-м. С тех пор больше ни один чек не обналичивался".

Километры колючей проволоки и режим повышенной безопасности. По всему видно, что борьба с терроризмом здесь только набирает обороты. И хотя военные говорят, что за последний год здесь появилось всего десять новых заключенных, рядом с пятым лагерем строят еще и шестой. Следующим летом можно заселяться. Те, кто здесь служит, говорят - к усиленному режиму безопасности быстро привыкаешь. Зато на Гуантанамо круглый год лето. Сержант Картер по случаю получения нового звания отправляется на рыбалку. Пока не достроили новый лагерь - время есть. Постоять с удочкой и подождать, когда попадется крупная рыба.

Впервые в России репортаж из Гуантанамо — главной тюрьмы для мировых террористов

Теги новости