В России вспоминали режиссeра и мультипликатора Александра Татарского

Печальная новость о его кончине прошла накануне. Его работы, без преувеличения, знает вся страна. "Пластилиновая ворона", "Падал прошлогодний снег", "Следствие веду Колобки" давно разобраны, что называется на цитаты, и вошли в золотой фонд анимационного кино.

Художники-аниматоры, чьи руки привыкли лепить и рисовать, занимаются непривычным, печальным и, как казалось еще вчера, немыслимым делом - оформляют в траурную рамку фотографию Александра Татарского. Стопка водки и кусочек черного хлеба на столе, - все это так не вяжется ни с жизнерадостным образом самого художника, ни с калейдоскопической феерией созданных им миров.

В 81-ом Александр Татарский словно взорвал в чинном и консервативном цеху советской мультипликации бомбу, сделав свою "Пластилиновую ворону".

Тогда в Советском Союзе никто и не думал, что мультперсонажей можно делать из пластилина. О том, что это уже делают на Западе тоже не знали. И все же Татарский не изобрел велосипед, а создал собственную уникальную, нигде ранее не существовавшую технику, которая позволила ему буквально лепить фантастические картины. Фантастические настолько, что цензура долго не пропускала безыдейную и подозрительную "Ворону". Но сами того не зная, и ни во что не целясь, авторы попали в самую точку - пластичная, непрерывно менявшаяся картинка фильма оказалась такой живой на фоне застывшего, в позе умирающего, позднего застоя.

Александр Татарский, художник-аниматор: "Оказывается, в психологии есть такое понятие "множественность возможных путей". И объяснили про нас с Успенским, что мы такие умные, что мы первые подошли по научному к мультфильму".

Эдуард Успенский, писатель: "Работать с ним было одно удовольствие, потому что он все делал по-своему".

Чтобы потом не делал Татарский, с творческим расчетом или по наитию, было в результате революционным. И в том, что жанр, считавшийся детским, теперь - для всех возрастов, есть и его огромный вклад.

Владимир Меньшов, сценарист, режиссер: "Он взбодрил этот жанр, мы взрослые бежали к телевизору".

В созданной Татарским студии теперь сложилась целая школа аниматоров, у художника было много учеников. Не работал он только с теми, кто говорил: "Это сделать невозможно". Он считал, что невозможного нет, а есть только безграничные свобода и воля в творчестве.

Гарри Бардин, художник-аниматор: "Рыцарь мультипликации!.. Который если берется, то идет до конца".

Рыцарь мультипликации ушел, не совершив еще множество подвигов, на которые был способен. Последним большим, поистине геракловым свершением стал грандиозный проект серии сказок народов России "Гора самоцветов", на который его вдохновила книга, которую в детстве ему читала мать.

В пустом теперь кабинете художника эта книга по-прежнему стоит на полке. Да и на кабинет это не похоже, скорее, комната взрослого ребенка: на стене факсы и телеграммы, на столе бумаги, а на шкафах - сваленные вперемешку призы и игрушки…