Поиск пропавших людей станет проще и эффективнее

И поможет в этом новая база, которую будут вести медики, полиция и волонтеры. Они же сами сегодня и обсуждают ее создание в Москве. Пока же найти, например, родственника, который ушел из дома и не вернулся, совсем непросто. Кто-то мог потерять память и на долгие месяцы остаться в больнице, кто-то и вовсе пропал без следа.

Месяц бессонных ночей, слез и бесконечных поисков. В марте прошлого года 73-летний москвич Александр Иванов вышел из дома в магазин и пропал. 33 дня его искали дочь Ирина, ее друзья, полиция и волонтеры из поискового отряда «Лиза Алерт». Никаких зацепок, но Ирина, у которой всегда была тесная связь с отцом, верила — найдется.

«Знакомые, которые помогали искать, всегда говорили, разговаривай с ним, не относись к этому просто так, несерьезно. И я начала с ним разговаривать, какие-то посылы ему добрые, держись, я тебя найду», — рассказала женщина.

Уже когда нашла, удалось восстановить ход событий. В тот мартовский день, выйдя из дома, Александр Федорович упал во дворе и ударился головой. Наступила амнезия. Соседи вызвали скорую. В больнице пожилой мужчина представился чужим именем и не мог вспомнить, откуда он. Так и лежал, пока его не перевели в психиатрическую лечебницу имени Ганнушкина. И только там врачи догадались проверить куртку, где нашлась социальная карта москвича.

«Через 30 минут, когда он попал к ним как потеряшка, его пробили по внутренней базе и сразу позвонили в наше отделение полиции», – вспоминает Ирина Бильская.

Это история со счастливым концом. Но кто знает, как сложилась бы судьба Александра Иванова, выйди он из дома без социальной карты? Ежегодно в России теряются около 100 тысяч человек, не находят в итоге почти каждого четвертого. Многие из тех, кого поражает внезапная потеря памяти, просто исчезают в больницах.

«У нас есть случаи, когда по полгода люди лежат в лечебном учреждении и полгода происходит поиск. Безутешные родственники, которые каждый день просыпаются и думают, жив, нет, гонят от себя плохие мысли, надеются. А человек жив и лежит в лечебном учреждении», – говорит председатель поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» Григорий Сергеев.

Елене Литвиновой пришлось ждать еще дольше. Ее больная Альцгеймером мама в начале мая прошлого года вышла за калитку и пропала. Нашли только под Новый год по счастливой случайности. Оказалось, что пенсионерка все это время провела в больнице, тоже назвавшись другой фамилией. Ее опознала медсестра, подписанная на «Лизу Алерт» в соцсетях.

«Она решила посмотреть в поисковике, может, кто-то потерялся, кого-то ищут. И в этот момент я репост публикации сделала, что прошло уже семь месяцев и мы не можем найти маму», — рассказала Елена Литвинова.

Проблема и в том, что до сих пор не было эффективной связи между больницами, МВД, волонтерами и родственниками, которые ведут поиски. В январе 2020-го Владимир Путин поручил правительству создать механизм, который бы облегчил поиск и установление личности пациентов, находящихся в больницах без сознания, страдающих потерей памяти и деменцией, а также малолетних детей. Первым шагом стали изменения в закон «Об основах охраны здоровья граждан».

«До недавнего момента врачи не имели права сообщать никому даже о факте поступления человека в больницу. И это было основным препятствием. Сейчас это препятствие снято, принят закон, и врачи могут сообщать о факте поступления человека в больницу», — сказал руководитель административной группы проекта ОНФ «Поиск» Олег Леонов.

Второй этап — создание общероссийской электронной базы. Приметы, фотографии, детали одежды, обстоятельства пропажи — все это сложится в портрет, по которому в идеале человека смогут опознать в любой больнице страны. 

«Предполагается, что это будет единая федеральная база данных, которая будет строиться на базе МВД. И когда лечебные учреждения туда будут заносить свою информацию, то фактически это будет попадать на сервера МВД. Дальше к ним должен быть организован доступ. Конечно же, полный доступ должен быть у полиции, чтобы они видели пропавших. Какой-то доступ должен быть у добровольцев», – говорит руководитель административной группы проекта ОНФ «Поиск» Олег Леонов.

Эксперты из полиции, Минздрава и поисковых отрядов уже начали обсуждать детали создания базы. Важно понять, как, защитив персональные данные пациентов, обеспечить доступ еще и родственникам пропавших. Для тех, кто ничего не знает о судьбе близкого человека, такой каталог может стать главным источником надежды, которая и дает силы искать дальше.