На внеочередном заседании Совета Безопасности обсудили вопрос признания Россией ДНР и ЛНР

Сегодня Россия получила просьбу о признании независимости Донецкой и Луганской народных республик. Их лидеры обратились к Владимиру Путину, исходя из угрозы полномасштабных боевых действий со стороны Украины и чтобы не допустить жертв среди мирных граждан и разрушений. Вопрос о признании ДНР и ЛНР глава государства поставил на внеочередном заседании Совета Безопасности, созванном в Кремле. 

В самом начале дискуссии президент обозначил две ключевые позиции, без учета которых принять взвешенное решение по Донбассу было бы невозможно. Во-первых, Россия изначально делала все, чтобы разрешить противоречия между Киевом и народными республиками мирным путем. Во-вторых, как показали все прошедшие годы, власти Украины не собираются выполнять Минские соглашения. Об этом они сами многократно публично заявляли.

— В. Путин: Киевские власти дважды провели военные карательные операции на этих территориях, и, судя по всему, мы являемся свидетелями обострения ситуации в третий раз. Все эти годы – я хочу это подчеркнуть – все эти годы над людьми, которые проживают на этих территориях, фактически издевались. Постоянные обстрелы, блокада. Как вы знаете, люди, проживающие на территориях, близких к так называемому переднему краю, вообще вынуждены были перебраться в подвалы – живут там сами вместе с детьми. В ходе переговорного процесса возник мирный план урегулирования, который называется минский «Комплекс мер», поскольку мы, как вы помните, встречались именно в городе Минске. Но весь ход последующих событий показывает, что сегодняшние киевские власти не собираются его исполнять.

Именно Минские соглашения стояли на пути признания ДНР и ЛНР, ведь мирный план предполагал, что республики получают особый статус в составе Украины. И, саботировав минский процесс, Украина сама отказалась от Донбасса. Россия, согласно документу, не является стороной конфликта; но именно от нашей стороны все эти годы с упорством одержимого требовали Минские соглашения соблюдать. На наши аргументы закрывали глаза, как и на нашу безопасность. В ходе январского дипломатического марафона до Запада донесли, что мы игнорировать вопросы собственной безопасности не будем.

— В. Путин: Это приоритет для нашей страны: не конфронтация, а обеспечение безопасности и условий для развития. Но мы, конечно, должны понимать реалии, в которых мы живем. И, как я уже неоднократно говорил, если Россия столкнется с такой угрозой, как принятие Украины в Североатлантический альянс, в НАТО, то угрозы для нашей страны многократно возрастут. Потому что есть статья 5 договора о создании НАТО, из которой ясно, что все страны альянса должны воевать на стороне одного из своих членов, если он подвергается какой-то агрессии. Но поскольку никто не признает волеизъявления крымчан и севастопольцев, а Украина настаивает на том, что это ее территория, у нас возникает реальная угроза, что они начнут отвоевывать эту, как они считают, свою территорию военным способом, а они говорят об этом в своих документах, пишут, это очевидно, и тогда весь Североатлантический блок обязан будет включиться в эти события. Нам говорят, и вы об этом знаете, что некоторые страны НАТО против того, чтобы Украина стала членом альянса, тем не менее, несмотря на то что они против, в 2008 году в Бухаресте подписали меморандум, который открывает Украине и Грузии двери в НАТО. На мой вопрос, зачем же вы это сделали, ответа нет. Под давлением Соединенных Штатов – вот ответ. Но если они сделали один шаг под давлением Соединенных Штатов, где у нас гарантии, что они не сделают и второго шага под давлением? Таких гарантий нет.

Тогда, в январе, Запад продемонстрировал, что к партнерскому диалогу не готов. Судя по тому, о чем докладывал президенту глава МИД, за месяц ничего не изменилось.

— В. Путин: Вчера мы дважды разговаривали с президентом Франции – уже ночью, сегодня, можно сказать, до двух часов ночи разговаривали. Он уверяет, что в американской позиции есть какие-то изменения. Но на вопрос, в чем они заключаются, он, к сожалению, ответить не смог. Полагаю, что сначала нужно понять, в чем же эти изменения, если они есть, потому что Ваш коллега, наоборот, публично чуть ли не вчера заявил о том, что никаких подвижек по принципиальным вопросам, связанным с расширением, с возможным принятием других стран в НАТО, включая Украину, у них нет. Я так понимаю это?

— С.Лавров: Да, Владимир Владимирович. Они насмерть стоят на недопустимости какого-либо ослабления политики открытых дверей, хотя Вы не раз публично объясняли, что такой политики не существует, а есть возможность, предусмотренная в Вашингтонском договоре, при согласии всех членов НАТО предложить той или иной стране присоединиться к альянсу при двух условиях: если она соответствует критериям членства и, второе, самое главное, если она добавит безопасности Североатлантическому альянсу. То, что второй, главнейший критерий давным-давно уже игнорируется НАТО, это мы знаем. Но насчет того, какие же новые идеи могут нам передать американцы и их союзники, – мы исходим из того, что, как Вы и сказали президенту Макрону, сначала нам надо понять, что американцы имеют в виду.

Замглавы администрации президента Дмитрий Козак долгое время участвовал с российской стороны в работе Контактной группы по Донбассу. Говорил с украинскими представителями на минских площадках. Его вердикт: переговорный процесс в мертвой точке.

— Д.Козак: Сегодня стало совершенно очевидно, что ни Украине, ни ее западным союзникам Донбасс абсолютно не нужен на любых условиях. Делается все, для того чтобы заморозить этот конфликт, для того чтобы возложить на Российскую Федерацию и политическую ответственность – они уже в общественном сознании ее возложили, и в украинском общественном мнении, и в западном, что Россия – сторона конфликта, это исключительно российско-украинский международный конфликт.

— В.Путин: Нет-нет, Вы нам расскажите, как идет переговорный процесс по Минским соглашениям, в каком состоянии находится на данный момент.

— Д.Козак: Он находится на нулевой отметке 2015 года.

— В.Путин: Ваше мнение: киевские власти будут выполнять Минские соглашения или нет?

— Д.Козак: При обычном развитии событий не будут, не будут никогда.

И это на фоне резкой эскалации в Донбассе. Украинские силовики активизировали обстрелы ДНР и ЛНР. Более того, речь идет уже о посягательстве на нашу границу.

— А.Бортников: Сегодня в ночь две диверсионные группы военных Украины вышли на границу с Российской Федерацией в Луганской области и с территории Мариуполя. В результате состоявшегося боя наших пограничников при поддержке Министерства обороны России эти две диверсионные группы были уничтожены. Один из военнослужащих Украины захвачен в плен. Осуществляется необходимая дальнейшая работа. В принципе, на границе обстановка с нашей стороны стабильная, мы ее отслеживаем и усилили военную составляющую, в том числе по линии Пограничной службы, работаем совместно с правоохранительными органами и Министерством обороны.

А министр обороны напомнил, что Украина может угрожать России не только диверсантами и обычными вооружениями.

— С.Шойгу: Хотел бы обратить внимание членов Совета Безопасности на заявление господина Зеленского о том, что они предполагают и хотели бы вернуть себе статус ядерной страны. Не буду говорить «державы», но страны. Это крайне опасно, опасно по нескольким причинам. Первое – это то, что за долгие годы советской власти и пребывания в составе Советского Союза там были созданы возможности по созданию такого оружия – не только оружия, но и его носителей. Кстати сказать, если упомянуть о том, что тактическое оружие, ядерное оружие находится на территории Германии, то здесь оно вполне может появиться и вполне может появиться на тех носителях, которые сегодня уже есть. Я упоминал «Точку-У» – совершенно спокойно ставится.

Заместитель председателя Совбеза Дмитрий Медведев вспомнил грузинский конфликт. В то время он как раз был президентом и верховным главнокомандующим и тоже стоял перед трудным выбором. Тогда, как и сейчас, обещанная, да так и не полученная поддержка НАТО вскружила голову диктатору локального масштаба. Ну и результат — два новых государства на карте.

— Д.Медведев: Я неплохо помню 2008 год, могу говорить с учетом некоторого опыта, с учетом того, что мне пришлось тогда принять непростое решение о признании Южной Осетии и Абхазии в качестве самостоятельных субъектов международного права, то есть наделить их, с нашей точки зрения, международной правосубъектностью. Мы знаем, что происходило потом. Я сейчас, естественно, об этом говорить не буду, здесь есть огромное количество сложностей, есть проблемы. В то же время совершенно очевидно, что это позволило, скажем прямо, сохранить жизнь сотням тысяч людей, которые живут на этой территории, и в известной степени это был урок для НАТО, для ряда европейских стран, который заключался в том, что так поступать с Российской Федерацией нельзя.

И вот Совет Безопасности снова на пороге сложного выбора. Сложного еще и потому, что решать приходится, что называется, «с колес» — времени наши визави нам особо не дают.

— В. Путин: Я специально – хочу это подчеркнуть, – специально ни с кем из вас заранее ничего не обсуждал, ваше мнение заранее не спрашивал. То, что происходит сейчас, это происходит прямо, что называется, с чистого листа, потому что я хотел узнать ваше мнение без всякой предварительной со стороны подготовки.

С предложением признать республики Донбасса российские парламентарии обратились к президенту на прошлой неделе.

— В.Володин: Мы, конечно, принимая решение, понимали, что там живут наши граждане, граждане нашей страны, наши соотечественники. Количество подавших заявление на гражданство Российской Федерации — 1 миллион 200 000. Около 800 000 получили гражданство, но желающих его получить намного больше. Поэтому здесь речь идет о защите в первую очередь граждан. нашей страны и наших соотечественников. И мы также исходим из того, что ситуация уже на протяжении восьми лет не меняется.

— В.Матвиенко: Знаете, я не могу смотреть эти кадры. Бедные женщины, старушки, которые плачут, дети, которые сидят в подвалах и учатся в школы. И все мировое сообщество на это смотрит, прикрывая глаза, ни о каких ценностей европейских после этого говорить невозможно. Это античеловечно, антиморально. И еще раз хочу сказать, дальше с этим мириться нельзя, нужно принимать решения. Если признание Донецкой Луганской народных республик разрешит эту проблему, это очевидно, значит, мы должны пойти на этот шаг.

А что касается диалога, то многие члены Совбеза сошлись на том, что говорить с Киевом не то что нельзя — не имеет смысла. Как не имеет смысла разговаривать с марионеткой. Говорить нужно с теми, кто этой куклой управляет.

— Н.Патрушев: То, что там происходит — это один из локальных конфликтов, который организовали США. Мы ведем переговоры с НАТО, мы ведем переговоры с ОБСЕ, мы ведем переговоры с Евросоюзом, с руководителями стран Европы. Но переговоры надо вести с США, все остальные будут делать то, что скажут США. И НАТО будет так делать, и ОБСЕ, и Евросоюз, и так далее. Поэтому основной только переговорщик, с кем надо вести это дело, — это Штаты.

Они, конечно, ответят. Привыкнув за столько лет к языку диктата и санкций, США вряд ли откажутся от него в одночасье. Тем более что «адские санкции» нам обещают вне зависимости от того, что в реальности происходит в Донбассе. Просто потому что нас давно назначили виноватыми. Но есть и плюсы: мы научились находить ответ на такие риски.

— М.Мишустин: Они, эти риски, уже достаточно хорошо проработаны. Нам понятны вопросы, связанные с ограничением в том числе импорта высоких технологий и многого ряда других вопросов. Так же сформированы соответствующие группы в министерствах и ведомствах под руководством Минфина по тому, каким образом уже в случае принятия таких решений реагировать, какие должны приняты быть решения совместно в том числе и с Центральным банком.

Пока же за все прошедшие годы и Украина, и Запад расписались в своей полной недоговороспособности.

— С. Нарышкин: Президент Украины и в своем кругу заявляет о том, что на публику он про Минские соглашения может говорить все что угодно, говорить о том, что он придерживается Минских соглашений. Но на самом деле выполнять их не собирается. То же самое в беседах с западными лидерами. Если на этих беседах уже нет прессы, он прямо говорит, что Минские соглашения мы выполнить просто не можем. Для нынешней украинской власти сама власть дороже, чем мир, чем восстановление мира и ликвидация вот этого конфликта между киевским режимом и Донбассом.

— В.Колокольцев: Можно играть в честную игру только тогда, когда перед тобой честные и нормальные партнеры. А когда перед тобой сидят партнеры с краплеными картами и делают все от них зависящее, чтобы каким-то образом обосновать вот эту лицемерную лживую позицию официального Киева, ну о чем можно тогда разговаривать. И кто нас призывает к этому диалогу? Нас призывают зарубежные партнеры, которые, помахав пробиркой с белым порошком, разбомбили Ирак, сменили законную власть, утопили народ в крови и после нас приглашают к какому-то диалогу. Однозначно необходимо признавать эти республики, их правосубъектность.

Тем более что, как уже говорилось, у сотен тысяч жителей донбасских республик российские паспорта. То есть это наши. Это россияне, по отношению к которым Киев имеет совершенно недвусмысленные планы так называемой «реинтеграции».

— И.Щеголев: Слышим заявления нацистов украинских о том, что будет с народом этих республик после того, как туда вернется украинская власть. Им прямо угрожают уничтожить, подвергнуть люстрациям и физическим казням. При этом в адрес России звучат обвинения в излишней агрессивности, что, может быть, в том, что она слишком агрессивно защищает жизни наших собратьев. Я считаю, что мы должны признать Луганск и Донбасс.

Речь ведь не о пустых угрозах киевских политиканов. За последние месяцы Украину так накачали оружием, что вопрос «для чего это?» уже не стоит, все понятно без слов.

— С.Шойгу: Когда каждый день прибывает по четыре, по пять, а были дни и по восемь рейсов оружия, современного оружия, и когда говорят, что это оборонительное, мне трудно представить себе, что те же самые «Джавилины» — это оборонительное оружие. А их там уже больше, Владимир Владимирович, больше, чем в некоторых странах — членах НАТО. Я считаю, что нам не оставили выбора, поэтому я однозначно говорю: да, надо признавать.

— В.Золотов: Мы не граничим с Украиной, у нас нет границы с Украиной. Это граница американцев, потому что они хозяева в этой стране, а эти все у них — вассалы. И то, что они так накачивают их оружием, то, что пытаются сейчас создать ядерные арсеналы, нам тогда в будущем это аукнется. Конечно же, признание этих республик обязательно.

Президент выслушал мнение членов Совета Безопасности и взял небольшую паузу на размышление.