В России вспоминают подвиг экипажа подводной лодки К-219, предотвратившего ядерный взрыв

В России в эти дни вспоминают подвиг экипажа советской подлодки К-219. Сегодня ровно 30 лет, как подводный крейсер затонул в водах Атлантики. Аварийная ситуация тогда могла обернуться большой катастрофой, имеющей международные последствия. На борту было 16 ядерных ракет, рядом - граница с США, и все произошло накануне встречи лидеров двух стран Горбачева и Рейгана в Рейкьявике. Моряки сделали все возможное, чтобы предотвратить взрыв ядерного боезапаса, но спасти свой корабль не смогли.

По морским законам, спасенный флаг – символ непобежденного корабля. Даже если он затонул, выживший экипаж может продолжить службу. Может… Но в случае с К-219 все ровно наоборот: капитана обвинили в гибели подлодки, команду расформировали. Истинные причины аварии до сих пор остаются загадкой.

«Клапан – одна из версий. Вторая, которой тоже многие придерживаются - то, что было столкновение с американской подлодкой», - говорит командир К-219 Игорь Британов.

1986-й год, перестройка. США и СССР идут на сближение. Но в мировом океане противостояние продолжалось. Для К-219 тот поход должен был стать последним. Кораблю уже 15 лет, по возвращении его планировали списать. Но он еще в боевом состоянии - вовремя, без замечаний, скрытно вышел к точке дежурства в Саргассово море. И вдруг во время очередного маневра – чудовищный взрыв.

«Как бы звон растягивающегося металла. Какое-то напряжение, как бывает, струна гудит низким тоном. И через доли секунды буквально – мощнейший взрыв за моей спиной, потому что у меня третий отсек, там четвертый – через переборку. Лодку начало бросать вверх-вниз, кренить набок и вниз», - вспоминает командир дивизиона движения К-219 Геннадий Капитульский.

На К-219 было 16 ядерных ракет. В шахту одной из них попала забортная вода. Возможно, протекал какой-то клапан. Но моряки говорят, видели на борту подлодки длинную глубокую царапину, будто от соприкосновения с подводным объектом. Так это или нет, видимо, навсегда останется тайной. Боеголовки не разорвались. Но части ракеты выбросило в море и внутрь корабля. Трое моряков-ракетчиков погибли сразу. А лодка начала проваливаться на глубину.

«Самое главное, что даже в такой аварийной ситуации паники не было никакой», - рассказывает командир электронавигационной группы Олег Гуськов.

В то же время, в соседние отсеки просачивается ядовитый газ. По Уставу, переходы надо задраить, даже если за переборкой остались люди.

«Я стоял на переборке между третьим и четвертым отсеком. Чувство, которое в тебе борется – может, надо открыть и выпустить всех, а может, там стена огня, и третий отсек сразу загазовывается и погибает», - вспоминает командир группы радиотехнической службы Роман Долматов.

Командир рискует, но людей из загазованных помещений все-таки приказывает эвакуировать. Корабль всплывает. И тут в небе появляются американские самолеты-разведчики - это кадры с одного из них. Командиру предлагают помощь, но всем понятно – противник пытается получить секретную информацию.

«Они вклинились раз, вклинились два, он их вежливо благодарил, говорил, что обойдемся своими силами. Потом, когда они уже назойливо предлагали помощь, он их просто послал, попросил не мешать переговорам и освободить частоту», - рассказывает Роман Долматов.

А еще надо было успеть заглушить атомный двигатель. Для этого надо было войти в реакторный отсек и вручную опустить компенсирующие решетки. Добровольцами вызвались старший лейтенант Беликов и 20-летний матрос Сергей Преминин. Когда от высокой температуры офицер потерял сознание, матрос-срочник завершил работу в одиночку и погиб.

«Это сложно. Подвиг еще в том, что он пошел один. Он знал, как сделать, и он сделал свое дело. Он был специалист и специалист смелый, отважный… А в целом, он спас мир от ядерного взрыва у берегов Америки», - говорят Геннадий Капитульский и Олег Гуськов.

«Взрыв реактора, тепловой взрыв реактора предотвратили. Все компенсирующие решетки были опущены. И теперь, где бы эта лодка ни была, то, что реактор не заведется, это точно», - говорит командир К-219 Игорь Британов.

Трое суток экипаж боролся за корабль. Наконец, на помощь пришли советские торговые суда. Подлодку взяли на буксир, но ночью трос оборвался. К тому времени на борту оставался только командир, один. Он сошел на спасательный плотик, когда рубку уже накрывала вода. Экипаж доставили на Кубу, оттуда - самолетом в Москву. Целый месяц шло расследование. В результате командира уволили, экипаж распределили по разным гарнизонам. Матрос Преминин был награжден орденом Красной Звезды, и только в конце 90-х, наконец, удостоен звания Героя России.