В Европе все большую популярность набирают правые и правоцентристские силы

Победа Дональда Трампа повлияла и на Европу. Поднимается новая политическая волна. Идеологам политкорректного мира, выхолощенного мира без границ и национальностей, будет трудно ее сдержать. Надежды на победу нынешних европейских лидеров могут не оправдаться. В подтверждение этому - победа в дебатах правого политика Франсуа Фийона во Франции.

Второй тур «праймериз» прошел сегодня. Скорее всего, он будет кандидатом на выборах президента Франции в следующем году. Фийон считает политику Запада в отношении России абсурдной и призывает к восстановлению связей. Предстоят выборы в Германии, Австрии и Голландии, где ситуация неоднозначная.

Вспоминается одна недавняя история. Был такой австрийский политик Йорг Хайдер. Он считался националистом, едва ли не нацистом. В 2000 году его партия победила на парламентских выборах. Хайдер готовился возглавить австрийское правительство, но не тут-то было. Результаты открытых демократических выборов в австрийский парламент не устроили Евросоюз. Четырнадцать европейских стран объявили Австрии бойкот. Фактически против этой страны были введены санкции, только неофициально. Слово «санкции» никто не произносил. Чтобы не вредить своей стране, Хайдер отказался от руководства своей партией и ушел в тень. Через несколько месяцев бойкот был снят. А вот финал истории. В 2008 году Хайдер погиб в автомобильной катастрофе. По поводу этой катастрофы говорили разное. Но факт остается фактом: нет человека - нет проблемы. Но теперь все не так просто. Правые силы поднимают голову по всей Европе. Кто и кому будет объявлять бойкот и вводить санкции? Времена меняются. Теперь такие методы не пройдут.

Начавшись в июле в Англии как сюрприз, к ноябрю, перемахнув через Атлантику, "праздник непослушания", охвативший Запад, воспринимается уже как устойчивая тенденция. Политический истеблишмент охватила оторопь, графики волатильности рынков напоминают кардиограмму. Еще бы, ведь в течение следующих 12 месяцев к избирательным урнам потянутся жители стран, на которые приходится свыше 75% экономики всей Европы.

«Голосование в пользу Brexit и, конечно, избрание Дональда Трампа — это настоящий демократический выбор, который похоронит устоявшийся порядок. Это те кирпичи, из которых будет строиться завтрашний день», - уверена лидер партии «Народный фронт» Марин Ле Пен.

После того, как ровно неделю назад из президентской гонки во Франции вылетел Николя Саркози, разговоры о непредсказуемости политических предпочтений европейцев потеряли всякий смысл. Здесь теперь неожиданность — это норма. Отныне перспектива победы Марин Ле Пен не воспринимается больше как что-то совершенно невероятное.

«Сценарий президентских выборов в таких условиях предсказать невозможно, и я готов признать, что у Марин Ле Пен есть определенные шансы занять лидирующее место в первом туре, однако определенно, победить окончательно она не сможет, поскольку у нее нет ни одного союзника, который смог бы подержать ее во втором туре», - считает депутат Национального Собрания Франции Тьерри Мариани.

Однако у страха глаза велики. Кто теперь застрахован от сюрпризов? И вот уже центр политического противостояния во Франции смещается резко вправо, оставляя за скобками не только социалистов, но и бывших центристов во главе с Алленом Жюппе.

«Чтобы не пустить откровенно антиатлантическую, антисистемную Марин Ле Пен, выдвигается во многом отчасти похожий на нее Франсуа Фийон, который перехватывает ее лозунги отчасти, который срабатывает на перехват, но тем самым элита идет на большие уступки», - полагает заместитель главного редактора портала «ВЗГЛЯД.РУ» Петр Акопов.

Нормализация отношений с Россией, самостоятельность в выборе тактики и стратегии борьбы с терроризмом, возвращение стране суверенитета в решении важнейших внутриполитических вопросов — все эти лозунги еще совсем недавно считались во Франции абсолютно маргинальными. Теперь с промежуточной победой Франсуа Фийона это - политическая норма. Сейчас, когда оголтелая русофобия больше не в чести у европейского избирателя, последовательная линия Фийона на восстановление нормальных дружеских отношений с Москвой лишь добавляет ему очков.

«Должен сказать, что господин Фийон, на мой взгляд, сильно отличается от политиков сегодняшних. Я имею в виду не только Францию, а вообще политиков в мире. Потому что он человек немножко, на первый взгляд, закрытый, не публичный даже, но при всех его очень европейских манерах, в лучшем смысле этого слова, он всегда умеет отстаивать свою точку зрения, делает это очень жестко, последовательно. В этом смысле он жесткий переговорщик. Но он, безусловно, в высшей степени профессионал. И очень порядочный человек», - сказал президент Владимир Путин.

Реальную конкуренцию правоцентристу Фийону сегодня составляет лишь Национальный фронт во главе с Марин Ле Пен, требующий того, что еще совсем недавно казалось невозможным - скорейшего выхода Франции из Евросоюза и НАТО. При этом список стран, в которых претенденты на власть открыто выступают за пересмотр отношений с Брюсселем, будет теперь только расти.

«Если ответом на «брекзит» будет усиление централизации в Европейском союзе, при котором национальные парламенты потеряют свою власть, и ЕС начнет управляться как единое государство, в этом случае мы должны будем спросить у людей, хотят ли они остаться в таком Союзе», - говорит кандидат в президенты Австрии Норберт Хофер.

Норберт Хофер — кандидат в президенты Австрии на выборах, которые состоятся 4 декабря. Вернее, это будут перевыборы. Результаты прошлых, прошедших в мае, были отменены Верховным судом страны. Отменены из-за многочисленных нарушений, при которых 30 000 голосов, проигранных Хофером своему сопернику Ван Дер Беллену, судьи сочли недостаточными для того, чтобы признать последнего победителем. Сейчас кандидаты вновь идут, что называется, ноздря в ноздрю, однако, по мнению экспертов, наметившаяся в Европе тенденция сработает, и Австрия станет первой европейской страной, президентом которой окажется представитель партии, которую до недавнего времени в Европе было принято считать ультраправой.

«Это никоим образом не программа, нацеленная на самоизоляцию, будь то во Франции, Германии или тех же Нидерландах. Это реакция на то образование, в которое превратился Европейский союз, и ту неэффективность брюссельских структур, которые тормозят развитие соответствующих стран, а не ускоряют это развитие», - считает председатель Комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев.

В один день с австрийцами, 4 декабря, к избирательным урнам отправятся и итальянцы. Им предстоит проголосовать за или против конституционной реформы, предложенной премьер-министром Маттео Ренци. И вроде бы все понимают, что реформа назрела, что сложная и противоречивая парламентская система связывает руки правительству. Это признает даже оппозиция. Однако Ренци с самого начала допустил серьезный просчет — он заявил, что в том случае, если итальянцы проголосуют против его предложения, он уйдет в отставку.

«К сожалению, урок не был извлечен. Европейским лидерам рано или поздно придется обратить самое пристальное внимание на процессы, происходящие в их странах. С чего начал Ренци? С вопроса: «Итальянцы, вы со мной или вы против меня?» При этом наивно полагая, что речь пойдет лишь о конституционной реформе», - комментирует ситуацию руководитель проекта «Новая Европа» информационного агентства Askanews Ориетта Москателли.

Однако, судя по опросам, итальянцы увидели в предложении Ренци нечто совсем другое — возможность избавиться от него самого. Успехи оппозиционных популистских партий на парламентских и локальных выборах свидетельствуют о том, что итальянским избирателям осточертели высоколобые рассуждения о причинах того, почему они с каждым днем живут все хуже. Несмотря на заметные успехи молодого премьера, ему так и не удалось ни решить проблему растущей безработицы, ни совладать с потоком мигрантов, ни убедить итальянцев в том, что он в состоянии с этим разобраться. С уходом Ренци власть, вероятнее всего, достанется оппозиции, склонной искать причины всех бед не в Риме, а в Брюсселе.

«Я не думаю, что политические предпочтения европейцев как-то радикально изменились. Радикально изменилось лишь их самовосприятие. Понимаете, когда ты вдруг получаешь возможность впервые посмотреться в зеркало и обнаруживаешь, что все обстоит совсем не так, как тебе казалось... В Германии действительно живут люди, которые еще пять лет назад верили всему, что им показывают в выпусках теленовостей, воспринимали это как неопровержимую истину», - говорит политолог Хольгер Экхоф.

Время неопровержимых истин в Европе прошло, и Германия - не исключение. Региональные выборы здесь показали, что шансы Ангелы Меркель на переизбрание ее канцлером падали прямо пропорционально притоку беженцев. Недавние опросы, правда, свидетельствуют о более чем шестидесятипроцентной поддержке немцами ее кандидатуры. Но кто теперь верит соцопросам? До недавнего времени было непонятно, станет ли она вообще баллотироваться. Ясность внес прощальный визит в Германию американского президента. Так и не сумев передать разваливающееся на глазах хозяйство одной женщине, Обама уходит, спихивая его на плечи другой.

«Меркель уже показала, что она готова воспринять, скажем так, эту дурную эстафету Обамы. Эта эстафета самоубийственная, она уже привела к падению популярности и правительства Меркель, и правительства Олланда, его администрации во Франции, и многих других правительств», - говорит специалист по странам Центральной и Восточной Европы политолог Дмитрий Бабич.

Пока в центре стихийного «евроремонта», как и любой другой, больше напоминающего пожар, оказывается беспомощный Брюссель. Меж тем, сразу после встречи с Обамой Меркель заявила, что Германия, много получившая от США, теперь в состоянии сама поддержать порядок в мире. За долгие годы немцы действительно привыкли к тому, что именно они - локомотив единой Европы. Однако сейчас к ним медленно приходит понимание, что они были всего лишь "смотрящими". Реальные решения принимались в Вашингтоне, там же обеспечивалась всеобщая покорность. Стоило только ослабить хватку, и Европой начали овладевать старые комплексы, страхи и подозрения. Выборы в Германии пройдут следующей осенью, когда многие процессы, сейчас лишь раскручивающиеся, будут уже необратимы. И совсем не факт, что немцы тогда захотят взвалить на себя такую ответственность за такой порядок, а если и захотят, то кто-нибудь им это снова позволит.

Во Франции только что завершился второй тур предварительного голосования правых и центристов. Франсуа Фийон и Аллен Жюппе борются за право стать кандидатом на пост президента. В голосовании приняло участие свыше 4 миллионов человек. Это рекорд для Франции. Проводились так называемые экзитполы, опросы избирателей на выходе с участков. Но во Франции их итоги не публикуются. Зато бельгийской телерадиокомпании RTBF две французские социологические службы дали один и тот же расклад. У Фийона предварительно 60% процентов, у Жюппе - 40%. Учитывая провал левых политических сил Франции, крайне низкий рейтинг президента Олланда, очень вероятно, что Фийон - будущий президент Франции.