Алтайский крайАмурская областьАрхангельская областьАстраханская областьБелгородская областьБрянская областьВладимирская областьВолгоградская областьВологодская областьВоронежская областьЕврейская АОЗабайкальский крайИвановская областьИркутская областьКабардино-Балкарская РеспубликаКалининградская областьКалужская областьКамчатский крайКарачаево-Черкесская РеспубликаКемеровская областьКировская областьКостромская областьКраснодарский крайКрасноярский крайКурганская областьКурская областьЛенинградская областьЛипецкая областьМагаданская областьМоскваМосковская областьМурманская областьНенецкий АОНижегородская областьНовгородская областьНовосибирская областьОмская областьОренбургская областьОрловская областьПензенская областьПермский крайПриморский крайПсковская областьРеспублика АдыгеяРеспублика АлтайРеспублика БашкортостанРеспублика БурятияРеспублика ДагестанРеспублика ИнгушетияРеспублика КалмыкияРеспублика КарелияРеспублика КомиРеспублика КрымРеспублика Марий ЭлРеспублика МордовияРеспублика Саха (Якутия)Республика Северная Осетия-АланияРеспублика ТатарстанРеспублика ТываРеспублика ХакасияРостовская областьРязанская областьСамарская областьСанкт-ПетербургСаратовская областьСахалинская областьСвердловская областьСевастопольСмоленская областьСтавропольский крайТамбовская областьТверская областьТомская областьТульская областьТюменская областьУдмуртская РеспубликаУльяновская областьХабаровский крайХанты-Мансийский АОЧелябинская областьЧеченская РеспубликаЧувашская РеспубликаЧукотский АОЯмало-Ненецкий АОЯрославская область
Искать в проекте
Новости
Хотите получать уведомления от сайта «Первого канала»?
Все новостиПолитикаЭкономикаОбществоВ миреКриминалТехнологииЗдоровьеКультураСпортОднакоПогодаНовости проектов Первого
18 января 2015, 22:26

Андрей Звягинцев: «Я просто делаю кино, как могу, как умею»

Фильм "Левиафан" Андрея Звягинцева получил сначала "Золотой глобус", а потом Американская киноакадемия объявила, что он вошел в шорт-лист премии "Оскар®".

Эта картина еще до проката уже вызвала шквал обсуждений - одни критикуют ее за чернуху, другие хвалят за новый взгляд режиссера, показавшего классического маленького человека с неклассической стороны - он не борется и не спасается, он - порождение своего времени и сопротивляться жизненным невзгодам не собирается.

"Левиафан" уже стал одной из самых титулованных картин российского кино - на его счету и Каннская пальмовая ветвь за сценарий, и победы на фестивалях в Мюнхене, Лондоне, Абу-Даби, премии индийского фестиваля и азиатско-тихоокеанского.

Съемочная группа Первого канала встретилась с одним из самых известных сегодня в мире российских режиссеров, чтобы из первых уст узнать, что это за новый киноязык, который задевает сокровенные струны и делает его фильмы, снятые о России и для России, понятными и близкими всем.

"Как на духу говорю - никаких струн не нащупывал, просто исхожу из того и действую так, как хотелось бы, каким бы хотелось видеть самому фильм на экране. Ровно таким пытаюсь сделать его, прилагая к этому все свои усилия. Вот, собственно, и все. Я просто действую, я просто делаю кино, как могу, как умею", - говорит режиссер.

"Еще до всех этих побед вы говорили, что вы сняли наднациональный фильм с наднациональной идеей. И ведь, правда, вы базируетесь на философии, на философской книге Гобса "Левиафан", история, как я понимаю, взята из жизни американской глубинки и снималась в Мурманской области. То есть, некое наднациональное образование, которое сейчас все рассматривают под микроскопом", - предположила ведущая.

"Настолько, под таким серьезным микроскопом рассматривают, что воспринимают фильм, как документальный. То обстоятельство, что мы снимали на берегу Баренцева моря в поселке Териберка на Кольском полуострове, никак не свидетельствует о том, что мы рассказываем историю о северянах, живущих на Кольском полуострове. Мы рассматриваем это как историю вообще, когда вы говорите об наднациональной или другими словами универсальной идее этого замысла, то это действительно так. История с Химейром, случившаяся в Колорадо, это просто, как бы сказать, отправная точка, это некое семя, которое упало в землю, растворилось в ней и дало совершенно новый плод что ли, совершенно новую историю", - ответил Андрей Звягинцев.

"Складывается впечатление, и по крайней мере, кинокритики пишут, что это не Россия сегодняшняя, это. судя по символам, которые мы видим, это и о Руси, и о России советской, и о России сегодняшней, и может быть даже вообще не о России. А о чем?" - спросила у режиссера ведущая.

"О человеке. О человеке, о маленьком человеке, о столкновении его с системой, на каком бы языке он не говорил, в какой бы части мира он не проживал, вот и все. Это просто окрашено в те тона, о которых можно было бы сказать, что это история, снятая в России. Но это фильм о человеческом уделе. Вот я бы так сказал. Тут нет никаких открытий. Альянс церкви и государства, о котором говорится в нашей картине - это вечная история. Вы сослались в начале беседы на Гоббса, это 1650 год, Томас Гоббс, "Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского". Эти мысли были еще в средние века. Тут стоит очень важный вопрос, на самом деле, об этом альянсе, о степени этого альянса. Поскольку слишком тесный альянс лишает иерархов церкви нравственного права давать оценку действиям светской власти. Вот это опасность", - ответил режиссер.

"А что же все-таки за язык такой межкультурный? Европейцы ждут ваших картин и что-то про Россию из них понимают. И может быть, про себя. Что это за язык все-таки?" - спросила журналистка.

"Я бы подчеркнул, что, может быть, и про себя, потому что я не раз видел реакцию людей в Европе, в Америке. Я вхожу в холл перед залом, и из зала выходят люди, которые не знают, кто я такой, и проходят мимо. Это в Америке было. И две женщины идут и обливаются слезами, американки. И я задаю себе вопрос уже ретроспективно после того, что здесь я слышу, неужели они так горько льют слезы по поводу того, что вот ты какая Россия? Они не потирают ручки - какая же ты, Россия, оказывается, грязная и неумытая. Они льют слезы по самим себе, потому что фильм и о них тоже, об их человеческой доле. Об этой несправедливости, которая просто как сеть наброшена на мир людей, и так далее. Эта история абсолютно универсальна. Нас семь миллиардов, не 140 миллионов, мы — огромная планета людей, и все люди очень похожи. Вот как-то так", - сказал Андрей Звягинцев.

Читайте также:

Главные новости

Новости

Все новости

Архив новостей