Российские врачи опять работают на износ в «красных зонах»

За сутки в России 40 443 подтвержденных случая коронавируса. И снова максимум по летальным исходам. За 24 часа — 1 189. В реанимациях все меньше мест. Туда попадают в подавляющем большинстве случаев те, кто не сделал прививку. Врачи опять работают на износ.

Анестезиолог из Новосибирска Владимир Гроо уже вторую неделю работает за тысячи километров от дома. Бывший военный врач, он — один из первых вызвался в командировку в регион, где ситуация с COVID наиболее сложная.

«Человек с ковидной пневмонией в реанимации — это человек, бегущий олимпийский марафон. Это колоссальный труд на дыхание», — говорит анестезиолог-реаниматолог Владимир Гроо.

Вместе Андреем Биткалюком, который приехал из Смоленска, они каждый день облегчают пациентам эту задачу — просто дышать легкими, пораженными болезнью.

«Здесь привитых нет. Пусть не обижаются на меня — это своего рода психическое заболевание. Это ненормально — не привиться», — считает врач анестезиолог-реаниматолог Андрей Биткалюк.

Место работы анестезиологов-реаниматологов — отделение интенсивной терапии Владимирской инфекционной больницы. Сейчас здесь 30 пациентов, самые тяжелые.

Каждая смена — настоящая драма, когда состояние больных ухудшается, порой молниеносно. Или радость от того, что кто-то идет на поправку, как Виктор Краснов. Еще пару дней назад он балансировал на грани жизни и смерти.

«Была бы у меня прививка, я бы здесь не лежал. Не успели, с женой думали летом. Дурацкая жизненная ситуация. Но это, конечно, отговорки», — говорит Виктор Краснов.

Именно здесь, говорят медики, каждый пациент осознает, что прививка могла стать настоящим спасением, и искренне жалеют, что ее не сделали. И именно в реанимации врачам порой признаются, что купили сертификат о прививке.

«Те, кто покупает, — больные люди. Те, кто продает, — преступники», — считает Андрей Биткалюк.

«Русский авось, а потом этот авось вот здесь. Люди покупают QR-коды. Купил ты QR-код — умер. Тех людей, кто зарабатывает на смерти, их если уж не в убийцы, то в разряд террористических организаций, наверное, можно отнести», — говорит Владимир Гроо.

Дома Владимира Гроо ждет супруга и двое сыновей — скучают и надеются на скорую встречу.

«Привыкла к тому, что я ночью на работе, Новый год на работе, 8 марта на работе, ее день рождения на работе», — говорит он.

Не смог бросить любимую работу, а еще коллег, которые трудятся в «красной зоне», и 71-летний врач Владимир Петрушин. Ушел на пенсию во время первой волны COVID, когда сам переболел. Но уже через пару месяцев вернулся в отделение.

«Но если чувствуешь себя вполне сносно, почему не поработать? Не хочу преувеличивать свою роль здесь, что я пришел и сразу всем стало легко работать. Но чуть-чуть да», — говорит врач-пульмонолог Владимир Петрушин.

О его решении не знали даже родные. Когда узнали, пытались отговорить. Бесполезно. Дочь до сих пор удивляется, каких усилий стоит отцу такая работа.

«Он рассказывает, что он в костюме по несколько часов, в его возрасте, конечно, сложно. Просто человек старой закалки. Решил идти и помогать людям», — рассказывает Ольга Петрушина.

А коллеги по отделению говорят: без таких, преданных делу, врачей могли бы попросту не справиться. От нагрузки нервы у многих не выдерживают.

«Все устали, конечно. Уже силы, правда, на исходе», — признается главврач горбольницы №1 г. Камышин Наталья Данилова.

«Конечно, очень тяжело работать. И мы надеемся, что все провакцинируются и нам станет полегче», — говорит медсестра отделения реанимации Ирина Швецова

Каждый день врачи в больших клиниках и маленьких больницах борются за жизни пациентов. И просят только об одном — чтобы им помогли, чтобы люди защитили себя сами. Прививкой.