Владимир Путин ответил на вопросы об отношениях России и Европы, а также Армении и ЕАЭС

Возвращаемся к общению Владимира Путина с главами международных информационных агентств. Один из вопросов касался отношений России и Европы и возможного подключения бывшего канцлера Германии Герхарда Шредера к переговорам.

В. Путин: «С удивлением увидел реакцию на то, что я сказал о господине Шредере как о возможном переговорщике. Началась такая бурная дискуссия. Нет, Шредер — друг Путина, поэтому он не может участвовать. Он не друг Путина. Он немецкий государственный деятель. Причем один из лучших, на мой взгляд. Потому что у него есть собственная позиция и мужество ее отстаивать. Немного сейчас в Европе политиков с такими качествами. Люди, которые хотели бы выступать в качестве посредников, — это должны быть люди, которым могут доверять обе договаривающиеся стороны. Но я, честно говоря, не вижу и не понимаю, как можно доверять людям, как Россия может доверять людям, которые уже не один год твердят о необходимости нанесения России стратегического поражения. В этом же проблема, Мартин. Да, это проблема. Но, тем не менее, мы не отказываемся. Мы и не отказывались никогда от контактов с представителями Евросоюза. В том или в другом качестве. В качестве посредников по переговорам с Украиной — я вам же сказал — есть проблемы. И думаю, что трудно с этим не согласиться. Но мы не отказываемся от контактов. Достаточно им снять трубку, позвонить. Хотят приехать — пускай приезжают. Не хотят. Я с удивлением слышал, что такая злобная Россия перестала поставлять энергоносители в Европу. Да мы не переставали. Просто Европа отказалась покупать в надежде на то, что у нас все рухнет. Ну, убедились уже, что ничего не рухнуло, ну, хватит, поняли уже, что ошибочное направление. Взяли бы и чуть-чуть изменили. Нет, уже столько публичных заявлений сделали, что трудно поменять эту позицию. Но я ничего не буду комментировать, просто хочу сказать, что мы не отказывались, еще раз хочу это подтвердить. Если кто-то считает целесообразным возродить диалог с Россией — пожалуйста».

Зашла речь и об энергетике — ситуации с «Северными потоками». Поставки по уцелевшей нитке можно возобновить в кратчайшие сроки, но это вопрос политической воли.

В. Путин: «Что касается «Северных потоков». Как вы знаете, там «Северные потоки» были взорваны, да? Но одна нитка «Северного потока — 2», она целая и невредимая. По ней прямо хоть завтра можно начать прокачку российского газа в Федеративную Республику Германия. Достаточно, знаете что, это не шутка, только нажать кнопку — и газ пошел. Но для этого нужно решение правительства Федеративной Республики Германия. У нас есть действующий контракт между «Газпромом» и их партнером в Федеративной Республике, и контакты сохраняются с «Газпромом». Они в контакте. «Газпром» никогда не отказывал и готов хоть завтра поставлять. Партнеры «Газпрома» тоже хотят. Конечно, хотят. Нужно только решение правительства Федеративной Республики. А здесь возникает вопрос политического характера. Вопрос суверенитета. Потому что эта система не только взорвана. Я считаю, что это акт терроризма государственного. И, думаю, вы со мной согласитесь. Одна нитка сохранена и может работать. Но она находится еще под американскими санкциями. И если правительство Федеративной Республики договаривается со своими партнерами, санкции снимают, кнопку нажимаем — и газ пошел. Хоть завтра. Но только это вопрос суверенитета, договорится — не договорится, или не договариваясь ни с кем, просто скажет: «Нет, мы решили». «Извините, — скажет своим партнерам в Вашингтоне, — но нам нужно, нам без этого очень сложно, мы переживаем очень тяжелые испытания, и такие цены подрывают конкурентоспособность германской экономики, вредят всему Евросоюзу. Потому что все-таки Германия — это локомотив всей европейской экономики. Нам нужна эта работающая система». Или договорятся по-мирному, объяснив всю серьезность этой ситуации. Вот и все. Это 25, а при увеличении объема может до 28 миллиардов кубических метров в год подавать. Хоть завтра».

Еще одна тема — отношения Евразийского экономического союза и Армении. Напомню: Ереван решил двигаться в сторону вступления в Европейский союз.

В. Путин: «Мы просили бы наших армянских коллег определиться как можно быстрее, в каком направлении они будут двигаться. От этого зависит организация рынков и форму регулирования внутри ЕврАзЭС. Ведь мы тоже, как в ЕС, по каждому вопросу спорим. Просто даже неудобно говорить, иногда переходят на повышенные тона и так далее. Важно, каждая запятая важна. Ну и для нас, конечно, в практическом плане представляет интерес, как будет строиться это взаимодействие, в том числе не только по энергоносителям. Хотя это важно, потому что это одно из немногих, что осталось с точки зрения согласования всей нашей политики, это общий рынок энергоносителей. Видите, даже наших коллег в Германии интересует вопрос, связанный с «Северным потоком». Ну, это важнейшая часть на сегодня. Ну а как же здесь, на постсоветском пространстве, в рамках Евразийского союза? Тем более важно. Вот мы только об этом просим. Тем более что сам премьер-министр Пашинян в свое время, совсем недавно, сказал, что он считает необходимым провести референдум по этому вопросу. У нас только одна просьба сделать это как можно быстрее. И все. У нас никаких претензий. Мы сохраним нормальные отношения с Арменией, по какому бы пути она ни приняла решение идти. А что касается других стран, несмотря на все сложности согласования, повторяю, мы все-таки договариваемся, всегда договариваемся. Уверен, что и дальше будем договариваться. Что касается Армении, Россия настаивала на том, по просьбе Армении, чтобы ее присоединили к ЕврАзЭС, имея в виду, что по ряду параметров состояния экономики Армения как бы не очень вписывалась в общий контекст. Ну, сейчас они решили, что надо подумать о другом направлении. Мы не против. Пожалуйста. Только просили бы как можно быстрее определиться и работать с открытыми картами. Так что никакой здесь большой проблемы политического характера я не вижу. Экономико-технические — есть. Надеюсь, с этим тоже разберемся».