Суд приговорил жителя Уфы к восьми годам колонии за убийство педофила

Приговор за убийство вынесен жителю Уфы, которому многие сочувствовали все время, что шли следствие и сам процесс. Одно это привлекает внимание. А еще больше то, из-за чего, точнее, из-за кого убийство произошло. 

«Признать Санкина Владимира Владимировича виновным в совершении преступления, предусмотренного частью четвертой статьи 111 Уголовного кодекса, и назначить наказание в виде восьми лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима», — зачитала судья.

Чуть меньше года прошло с того зимнего вечера, и вот приговор — присяжные сказали «виновен», судья назначила наказание. Наверняка, это не точка — адвокаты собираются обжаловать вердикт. Но для теперь уже осужденного Владимира Санкина это, похоже, ничего не меняет в смысле ответа на вопрос: а что бы было, если отмотать назад?

В конце января прошлого года автомеханик Владимир Санкин до смерти избил Владимира Зайцева. На того пожаловались подростки, которых мужчина заманил в квартиру и требовал раздеться догола, угрожая топором — так они сказали Санкину, а он пришел на помощь. Дети убежали, а Зайцев в итоге умер в машине скорой. Тогда же стало известно, что раньше он уже отсидел за педофилию, как раз только освободился, и даже соседи замечали, что старых привычек он как будто не бросил.

«Заводил двух пацанов маленьких. Очень замкнутый, очень закрытый. Он на учете состоял, нужно ходить отмечаться», — рассказал Альберт Мифтахов.

Общественное мнение тогда казалось очевидным. Владимиру Санкину в суде аплодировали, да и мера пресечения — домашний арест — вселяла надежду на мягкий приговор. Собственно, и мальчишки, натерпевшиеся в тот вечер страха, не уставали благодарить.

«Спасибо, что он нас спас. Если бы не он, нас бы в живых сейчас не было», — говорят они.

Потом выяснилось, что, спасая детей, Санкин избивал Зайцева почти два часа, в том числе и обломком штакетника по голове. Вдобавок автомеханик был пьян, и тут уже ни о каком состоянии аффекта говорить не приходится. Вот и вердикт — виновен, но заслуживает снисхождения, поэтому 8 лет, а не, например, 15.

Многие сейчас вспоминают историю боксера Александра Кузнецова из Петербурга, получившего за убийство педофила всего 2,5 года колонии. Тогда в новогоднюю ночь 2008-го он буквально вырвал из рук насильника своего пасынка. А дальше бил, бил и бил того, кто причинил боль ребенку. Почти 13 лет назад еще до суда Александр говорил нам примерно то же, что сейчас говорит Владимир Санкин.

«С одной стороны, не имел права никакого убивать, а с другой стороны, я спасал жизнь ребенку, может быть, еще и не одну жизнь спас», — сказал Александр Кузнецов.

Между питерским и уфимским случаями с одной стороны пропасть, а с другой — много общего. И главное, вопрос, на который не существует однозначного ответа — прав ли тот, кто убил, защищая ребенка? С точки зрения закона нет. А вот эмоции — другое дело, но и они не для суда.

«Понятно, что любой родитель, если, не дай бог, по отношению к его ребенку встречается такой человек, который пытается совершить какие-то развратные действия, понятно — это трагедия, любой родитель готов убить, руками задушить, убить этого человека. Мы понимаем эмоциональную сторону, но мы же должны говорить о том, что не имеет значение, какая окраска. Мы должны говорить о том, что мы не должны этого совершать, потому что это преступление, это приведет к тюрьме», — сказал председатель Общественного совета при Министерстве внутренних дел РФ Анатолий Кучерена.

Но и это не ответ на вопрос, почему те, кого смерть педофила привела в тюрьму, все как один говорят о том, что поступили бы так же. Вот как британец Стивен Хоат, в 2002-м получивший 12 лет за убийство мужчины, который пытался изнасиловать его девятилетнюю дочь.

«Я никогда не стремился к убийству. Но я ненавижу его за то, что он сделал с моей дочерью — он разрушил ей жизнь», — сказал Стиавен Хоат.

И можно сколько угодно рассуждать о том, почему же вызывают сочувствие и слова, и действия что Стивена Хоата, что Александра Кузнецова, что Владимира Санкина и не только у их близких, как у мамы Владимира, которая вряд ли обнимет сына в ближайшие восемь лет.

«Я горжусь своим сыном. Пусть хоть что говорят про моего сына, но я сказала, что он правильно сделал, так же поступил бы еще», — сказала Галина Санкина.

Конечно, нет такого закона, который позволял бы убивать педофилов, но есть много историй, которые закончились гибелью девочек и мальчиков от рук таких упырей. Их ловят, судят и надолго сажают в тюрьму. Но не лишают жизни, тем более на месте преступления. С бесстрастной юридической точки зрения все правильно, а вот по-человечески что-то не так.