Композитор Андрей Эшпай в проекте Первого канала «Люди Победы»

Летопись войны – в рассказах очевидцев великой эпохи. Первый канал продолжает проект "Люди Победы". Герой выпуска - композитор Андрей Эшпай.

Когда началась война, Андрею Эшпаю было 16. Он мечтал летать и громить фашистов в небе. Но судьба распорядилась по-другому. В январе 1943 года Эшпай стал курсантом пулеметного училища.

"Есть мишень "бегущий кабан". Холодища была ужасная. А я старался и поразил все мишени. После этого начальник училища объявил мне благодарность", - вспоминает композитор.

А летом 1943 Эшпая отобрали в Военный институт иностранных языков. К этому времени на фронте погибли два его брата - родной Валентин и двоюродный - Борис. Для Эшпая война началась только в ноябре 1944 года на 1-м Белорусском фронте. Начальнику штаба полка, осетину, лейтенант Эшпай представился по всей форме. Майор пожаловался на большие потери: "Нам переводчики не нужны, нам бойцы нужны". "Вот я туда и попал!", - говорит Эшпай.

Взвод полковой разведки, в котором оказался Эшпай, каждый день нес потери. Бои за Варшаву, а потом и на подступах к немецкой столице были тяжелыми и кровопролитными. В Берлин вошли 23 апреля.

"Мы дошли до Александрплатц. В поле все понятно, по выражению Суворова. А тут каждый дом - огонь, сплошной огонь. Я отрываюсь от стены, и в это время, когда я отрываюсь от стены, она рухнула. И я уже добежал до середины. А на полсекунды позднее - она меня бы накрыла", - вспоминает он.

В уличных боях погибли лучшие друзья Эшпая - разведчики Владимир Никитинский и Геннадий Новиков. Утром 30 апреля лейтенант Эшпай и его разведгруппа получили приказ встретить в условленном месте, провести по насквозь простреливаемым улицам и доставить в штаб командующего армией Чуйкова высокопоставленного немецкого генерала.

Как уже позже узнал Эшпай, генералом, которого он вел к Чуйкову, оказался комендант Берлина Кребс.

"Мы идем и разговариваем с ним, ведем джентльменский разговор. Он говорит: "Боже, сколько техники у русских!" А я ему говорю: "Да, но ваши фауст-патроны - это смерть для наших танков". Он же - джентльмен, он говорит: "Ну да, но это в конце войны", - вспоминает Эшпай.

Потом у Кребса состоялся другой разговор. С генералом Чуйковым.

"Кребс говорил, чтобы не капитуляция, а перемирие. На что Чуйков сказал: нет, только капитуляция. Когда Чуйков спросил Кребса, что вы теперь намерены делать, Кребс ответил: "Я – солдат, и должен выполнять свой долг до конца". После чего протянул руку. И они пожали друг другу руки. Кребс вернулся и застрелился", - рассказывает Эшпай.

А на Рейхстаге Андрей Эшпай так и не расписался. И ни разу в жизни об этом не пожалел.

"Может, вы можете понять, может, не можете понять, но как это ты распишешься? Ах ты, герой какой! Все герои – в земле…"