Люди, которые делают «Время»: журналист и ведущая Жанна Агалакова

Программа «Время» продолжает работу вот уже 51-й год. Каждый прямой эфир – это труд очень многих людей. Кого-то зритель не видит никогда, некоторых впервые увидел накануне в юбилейном выпуске. Другие, наоборот, хорошо и давно вам знакомы. С этого дня мы будем рассказывать о тех, для кого время жизни и «Время» в 21.00 стали одним целым.

Когда Нью-Йорк только просыпается, в Москве уже вечер. Чтобы успевать в эфир, уже пять лет живу в параллельных реальностях, шутит Жанна Агалакова, именно столько она работает собкором Первого канала в США.

«У меня всегда в голове идут две звуковые дорожки – одно время настоящее, там, где я сейчас нахожусь, и другое время московское, оно всегда со мной», – рассказывает журналистка.

Новости не ждут – материал порой тут же выдается в эфир. Ее неизменное правило - в кадре все должно быть идеально. И макияж, и текст. И как же приходится нервничать, когда выпуск уже начинается, а текст еще не дописан. Хотя к стрессу ей не привыкать – работа ведущей закалила. О чем только не приходилось рассказывать в прямом эфире: подъем затонувшей подлодки «Курск», война в Афганистане, теракты в Америке и Беслане. Самый же первый эфир в качестве ведущей был не только боевым крещением, но и настоящим страданием.

«Потому что накануне я играла в теннис, и я свернула шейный позвонок. Что-то кликнуло – и я просто не могла повернуть шею. А эфир невозможно отменить. И я сидела весь эфир вот так – когда нужно было менять камеру, я поворачивалась всем телом. Но я после этого эфира получила, наверное, самый ценный в моей карьере комплимент: один начальник сказал: «Жанна, ты вела как королева». Он просто не знал, что у меня травма», – рассказывает Жанна Агалакова.

За умение переживать события и рассказывать просто о сложном она быстро стала любимицей зрителей. Утонченная блондинка с высоким голосом и железным характером разбила не одно мужское сердце.

«У меня даже просили руки и сердца. Был один очень трогательный человек, он мне описывал, что у него мама, коза. Есть сложности, конечно, надо носить воду и рубить дрова... Но я уже в то время была глубоко замужем, поэтому не могла никак ответить согласием», – смеется журналистка.

Письма в Останкино писали со всей России. К удивлению зрителей, однажды Жанна появилась не в московской студии, а в Париже. Интересы редакции заставили сменить кресло ведущей на репортерский микрофон. И с этой работой она справилась блестяще. «Шерше ля фам», большая политика и, конечно, гламур. Глазами Жанны зрители Первого увидели такую разную Европу.

Париж тебе к лицу – так ей говорили знакомые. Ее образ и стиль, и правда, всегда очень органично дополняют сюжеты и запоминаются. На московских улицах сегодня сразу узнают, кто на этой фотографии.

О городе ярких огней, свежих круассанов и светских сплетен она даже написала книгу – с чувством юмора и французским обаянием. Франция – это любовь навсегда, где бы ни пришлось жить и работать.

«В Нью-Йорке есть ощущение того, что мир состоит из денег. Это первый пункт. Второй пункт – эти деньги нужно заработать. Третий пункт – как же заработать эти деньги? И это ощущение преследует тебя 24 часа в сутки. В Париже этого нет. В Париже есть ощущение того, что это жизнь. И она прекрасна. И прожить ее надо так, чтоб она оставалась прекрасной», – говорит Жанна Агалакова.

Переезд в США был и приключением, и испытанием одновременно. Другой континент, язык, культура.

Самое захватывающее время в любой стране – предвыборная лихорадка. Она «выбирала» четырех президентов, и про каждого знает что-то интригующее. Франсуа Олланду, например, однажды на митинге пришлось сохранять лицо не только перед избирателями, но и двумя своими пассиями, по иронии судьбы оказавшимися в одном месте. В зрительном зале сидела одна его бывшая гражданская жена, Сеголен Руаяль, на сцене стояла другая, Валери Триервейлер.

«И обе эти женщины – все знают, они ненавидят друг друга, потому что это жизнь; но второй очень важно показать первой, что вторая тут главная. И все слышат – когда уже самый финал, с неба спускаются шарики или что-то летит, триумф, кульминация, он жмет руки каждому, подходит к ней, и она говорит ему – и это слышат все: «Поцелуй меня в губы!» И это президентские выборы!» – вспоминает Жанна Агалакова.

За 12 лет работы за границей Жанна рассказала в новостях немало удивительных любовных истории, хотя и ее собственная достойна репортажа. С будущим мужем, итальянцем Джорджо Савонной она познакомилась в Суздале, на симпозиуме криминалистов, причем, оба оказались там случайно. Через десять лет они поженились, еще десять лет жили на две страны, прежде чем воссоединиться. Их дочь Аличе родилась в Риме. Жанна всегда очень хотела показать ей Россию. Однажды взяли карту и вместе составили маршрут от Магадана до Москвы.

«Моя дочь была в восторге от таких экзотических для нее мест, как, например, Бурятия. Мы провели три дня в стойбище животноводов, жили в юрте, удобства на улице, питались, чем бог послал. Но это безумно вкусно, это было потрясающе, были волшебные совершенно люди», – рассказывает Жанна Агалакова.

Жизнь российской глубинки Жанна снимала на свою видеокамеру – она у нее всегда под рукой. Теперь хочет смонтировать фильм про удивительные уголки нашей страны и людей, которые там живут. И кто знает, возможно, когда-нибудь его увидят и зрители Первого.