Памятник Советскому солдату открыли подо Ржевом

Скорбная бронзовая фигура, которую словно уносят ввысь журавли. В былые времена говорить о Ржевской битве старались поменьше, в ее хронике слишком мало тактических успехов. И слишком много горя. Более миллиона убитых, раненых и пропавших без вести. Участие в церемонии приняли президенты России и Белоруссии.

Николай Земков, чей солдатский медальон поисковики нашли в этом вот противотанковом окопе, погиб всего лишь в 15 километрах от своей родной деревни. Знаменитое стихотворение Александра Твардовского словно бы про него лично написано: «Я убит подо Ржевом, в безыменном болоте, в пятой роте, на левом, при жестоком налете».

Ветераны, слушая эти стихи, едва сдерживают слезы, а их внуки и правнуки кладут строчки на музыку и снимают видеоклипы, как, например, сделала севастопольская группа «Сатисфакция».

Молодые скульпторы Андрей Коробцов и Константин Фомин, когда разрабатывали концепцию этого памятника, держали в уме и строчки Твардовского «я погиб подо Ржевом» и стихи Расула Гамзатова, тоже ставшие основой для песни: «Мне кажется порою, что солдаты, с кровавых не пришедшие полей, не в землю нашу полегли когда-то, а превратились в белых журавлей».

На открытие памятника смогли приехать 12 ветеранов, воевавших подо Ржевом.

– Люди будут сюда приходить кланяться и говорить спасибо, солдат. Ты нам дал жизнь. Так что это великое дело. Нас не будет, другие потомки будут ходить, кланяться, – говорит Евгений Шелехов, ветеран Великой Отечественной войны.

Президенты России и Белоруссии, возложив цветы к подножию монумента, говорили о цене Победы, о жертвах, об исторической правде.

– Еще не так давно в официальной истории о боях подо Ржевом не принято было много говорить. Мало, скупо рассказывали о тех событиях и сами участники. Слишком тяжело было вспоминать страшную, так называемую «ржевскую мясорубку». Ожесточенные, изнуряющие, отчаянные сражения шли в этих местах долгие месяцы. Борьба велась за каждую рощу, пригорок, за каждый метр земли. Невозможно без боли думать о тех потерях, которые понесла здесь Красная армия. Погибли, были ранены, пропали без вести более одного миллиона трехсот тысяч человек. Чудовищная, просто немыслимая цифра, – выступил Владимир Путин.

На вопрос,«можно ли было избежать огромных потерь под Ржевом, историей ответ ведь уже дан, увы, вряд ли. В начале войны немецкие войска имели огромное преимущество в опыте, в военных технологиях, на обеспечение потребностей Вермахта работала практически вся Европа. Тем более весома победа в битве под Москвой, частью которой стали бои подо Ржевом. Затем здесь июльские бои 42-го, когда гитлеровцы с трудом ликвидировали угрозы для своей группы армий «Центр», а в период с августа по ноябрь наши своими контратаками сорвали операцию немцев, пытавшимся окружить три армии Калининского фронта. Ржев при этом, однако, был потерян. Петр Михин вспоминает уличные бои, когда тела погибших лежали в несколько слоев: «В три, четыре ряда сначала наши лежат, потом немцев мы побили, потом снова наши, три, четыре ряда, вот так вот…».

В ноябре 42-го началась операция «Марс», в ходе которой планировалось вернуть Ржев, разгромив при этом лучшую, самую обученную и оснащенную армию Вермахта, девятую, которая превосходила по возможностям даже армию Паулюса, которая в это же самое время пыталась взять Сталинград.

– Если брать конкретно операцию «Марс», то она оказалась вскрытой немецкой разведкой, и немцы ждали, накопили где надо, в нужных точках боеприпасы, и фактически утопили наступление в огне артиллерии, на один наш тяжелый снаряд, который улетал в сторону немецких позиций, обратно прилетало два, три таких же, – говорит Алексей Исаев, кандидат исторических наук, сотрудник института военной истории Министерства обороны РФ.

Непосредственно во время операции «Марс» наступавшие потеряли около 200 тысяч человек, оборонявшиеся – 55 тысяч.

– Как строили позицию, чтобы просто можно было понять, это окоп, который внутри дно его заминировано, немцы заранее знают, где можно ходить, где нельзя, по каким-то веточкам раскиданным. В окоп врезаны дзоты, которые стреляют вдоль окопа. Соответственно, немцы, когда их атаковали, они отходили с этой позиции, если наши бойцы спрыгивали в окоп, по ним стрелял дзот, который был спрятан, не виден и стрелял вдоль окопа, и кроме того, там на дне окопа были мины, – продолжает Алексей Исаев, кандидат исторических наук, сотрудник института военной истории Министерства обороны РФ.

Эти бои оказались самыми кровопролитными за те полтора года, пока Ржев был в эпицентре сражений на центральном участке фронта. Взять город удалось только к марту 43-го. Иван Кладкевич в составе пулеметного расчета участвовал в одной из решающих атак: «Одна из мин разорвалась, двоих моих мальчишек убило наповал, а мне перебило обе ноги. Я пролежал на снегу без сознания до часу, до двух ночи. 70 человек было убито за 3-4 часа боя и 547 человек было ранено, почти полполка вышло из строя, это орден Красной звезды за Ржев, капелька крови осталась и там, в ржевской земле».

Среди «диванных стратегов», людей, не нюхавших пороха, привыкших судить категорично обо всем, особенно о том, в чем они не разбираются, сражения подо Ржевом стало принято считать цепочкой сплошных поражений Красной армии. У профессиональных историков другое мнение, у них возникает аналогия с самой кровавой битвой Первой мировой войны, Верденской.

– Ржев – это Верден. Верден Второй мировой войны, в котором два противника, сильных противника сшиблись в очень тяжелых боях, и Красная армия не сумела одержать победу, то есть это не победа, но это не поражение. Это операция с неким позитивным эффектом, Ржев – это все же такая вот упорная схватка на истощение, которое, да, истощались обе стороны, но для немцев это истощение стоило дороже в конечном итоге. Это сковывание значительного числа немецких подвижных соединений в составе группы армии «Центр». Вместо того, чтоб, например, отправиться на юг, где блокировать Паулюса. То есть все, что можно было, было задействовано под Ржевом, в результате Паулюса было блокировать нечем, за время пребывания под Ржевом немецкая 9-я армия понесла существенные потери, которые не смогла восстановить к операции «Цитадель», и провал операции «Цитадель» в 43 году – это на самом деле, эхо Ржева, – считает Алексей Исаев, кандидат исторических наук, сотрудник института военной истории Министерства обороны РФ.

Провал немецкой операции «Цитадель» во время Курской битвы и окружение немцев в Сталинграде как раз и стали «эхом Ржева».

– Время не властно над этим подвигом, и он никогда не должен, не может быть забыт, и уж тем более затерт, замазан ложью и фальсификациями. Мы такого не допустим. Судьбы, оборвавшиеся на войне, всегда будут отзываться в нас незаживающей раной, а важнейшим нравственным ориентиром, как и сейчас, будут служить мужество и стойкость наших отцов, дедов, прадедов, их безграничная любовь к Родине, преданность Отечеству, – сказал Владимир Путин.

– Здесь горела земля, плавился камень, и крошилась броня, но не сдавался советский солдат, шел врукопашную в жесткой схватке с врагом, когда заканчивались патроны, истекал кровью на снегу в лютый мороз, умирал, но стоял насмерть, – выступил Александр Лукашенко, президент Белоруссии.

Жертвы, принесенные здесь, легли в основание Победы. И лучше Твардовского, кажется, про это еще никто не сказал…