Опубликован еще один фрагмент интервью Владимира Путина ТАСС

Сегодня опубликован еще один фрагмент большого интервью Владимира Путина агентству ТАСС. Ко дню рождения ответы в основном на вопросы о личной жизни: дети, внуки, друзья, а еще увлечения и пристрастия. 

— Вчера, два дня подряд, в хоккей играл еще. Немножко перестарался.

— Да?

— Ну да. За игру полтора килограмма — два теряю. Это такой нагрузочный спорт.

— А кто Ваши партнеры?

— Как правило, сотрудники, прежде всего ФСО. Кто-то умел и здорово катается, а кто-то научился. Они со мной научились на лыжах кататься, на горных. Только один раз было когда они со мной не поехали. Я катался с вертолета. Вертолет снижался, лыжи выкидывали, сами прыгали с вертолета.

— А Вы по черным ездите?

— Нет. Ну то есть я ездил, но сейчас уже не хочу.

— Когда Вы были молодым, Вы на кого хотели походить?

— На Зорге. 

— А дети Ваши, кто для них был авторитетом?

— Надеюсь, что я.

— А для внуков?

— Ну, они еще маленькие. Один из внуков, дочка начала его учить жизни…

— Это которая?

— Какая разница?

— Ой, кхм-кхм...

— Зря Вы хрюкаете, потому что...

—  Не хрюкаю, а покашливаю. 

— Тем более. Покашливать нечего. Вы же не живете моей жизнью.

— Вы откровенно раздражаетесь, когда пытаются идти в сторону семьи.

— Я знаю, что такая западная политическая культура связана с представительством как бы членов семьи. Но мне кажется, что мы не в таком состоянии находимся, чтобы заниматься этим театром. У нас должно быть все по-взрослому, серьезно. Это во-первых. Во-вторых, есть вопросы, связанные с безопасностью. 

— Хорошо. Количество внуков? Я же не прошу фотографию показывать, чтобы потом это где-то публиковали. 

— Но это же все легко считается потом. Зачем? Я же сказал: есть у меня внуки, я счастлив, они очень хорошие, сладкие такие. Я получаю большое удовольствие от общения с ними. 

— Все? 

— Достаточно.

— Личные потери за 20 лет?

— Родители ушли у меня. Прямо в начале этого пути. Самая большая потеря.

— Сильно изменились? 

—  Вот знаете, мои друзья, которых я знаю еще со школы, с университета, говорят, что я практически не поменялся. Им виднее со стороны. И мне бы тоже хотелось особенно не терять, знаете, человеческих качеств. Потому что здесь иногда такое ощущение, что из человека превращаешься в функцию. Но мне кажется, что все-таки мне это удается — сохранить такие человеческие качества.

— Но Вы давали отчет, что больше уже, перейдя этот рубикон, уже обратно никогда, так, чтобы с друзьями там пивка в пятницу после работы и чтобы кольца охраны не было? 

— Я стараюсь пиво не пить в последнее время — брюхо растет. Да, это ограничение. Но есть и компенсация этих ограничений. И самая главная компенсация — это чувство большого очень морального удовлетворения от того доверия, которое люди оказывают. Это очень важно.