Сообщить о технической проблеме

«Чукотский спецназ». Документальный фильм о коренном народе Севера России

Чукчи, наверное, самый известный коренной народ Севера России. О котором мы на самом деле не знаем ничего. Они настоящие эксперты по выживанию. Своеобразный «чукотский спецназ». Их быт — эталон эргономики, жилища — чудо инженерной мысли, а меню — образец диетологии.

Практически никто из журналистов не снимал в настоящей тундре. Чукчи сняты в поселках или в их окрестностях. В полевых условиях журналистам работать почти невозможно. Не выдержат ни камера, ни оператор. Поэтому по нашему заданию в экспедицию на Чукотку отправились ученый-этнограф Константин Куксин и чукча Женя Кайпанау. Так что этот фильм о чукчах можно назвать модным словом «селфи».

Женя Кайпанау. По-чукотски Умка. Сейчас он живет в обычной квартире в подмосковном Сергиевом Посаде, каждый день ходит на работу. Правда, работает он ... чукчей. Водит экскурсии, играет на народных инструментах и учит посетителей этнопарка бросать аркан. Женя родился и вырос на Чукотке. Он попал в Москву вместе с гастролями своего ансамбля, да так и остался. На родине он не был уже больше 12 лет.

От Москвы до Анадыря, столицы Чукотки, больше шести тысяч километров. Лететь восемь часов, примерно как до Нью-Йорка. Оттуда внутренним рейсом в поселок Лаврентия — центр Чукотского района. Вылета в районы иногда приходится ждать неделями. В пургу рейсы отменяют, а пурга тут бывает каждые три-четыре дня. Из Лаврентия — путь на рейсовом автобусе в село Лорино, где живет Женина мама. Правда, автобусы на Чукотке специфические. Зимой они больше похожи на бронетранспортеры.

Чукчи, если так можно выразиться, самый популярный малый народ. Правда наивный чукча, герой анекдотов, который говорит «однако» и живет в чуме, не имеет ничего общего с настоящими людьми.

«А чукча в чуме ждет рассвета», — пел популярный советский исполнитель Кола Бельды. На самом деле в чуме нет шансов «дождаться рассвета». Погибнешь в первой же пурге. В чумах живут ненцы, якуты, нанайцы и многие другие северные народы. Но все эти люди с точки зрения чукчей обитают в мягком климате, ближе к лесотундре. Чукчи живут в яранге. Конструкция яранги придумана тысячи лет назад. Но и в XXI веке все тундровые чукчи по-прежнему живут в этих жилищах из оленьих шкур.

Внутри яранги минус 20, только ветра нет. Протопить весь объем жилища невозможно. Топить нечем, в тундре отсутствует любая растительность выше колена. Вокруг очага чукчи сидят полностью одетые.

Но вот спят они практически голые. Внутри яранги есть отдельная спальня. Своеобразный меховой куб. Жирник. Так называется печка, которая отапливает спальню в яранге. В лампу наливают животный жир и кладут несколько фитильков. Можно зажечь десяток, и будет жара.

Чукчи не умеют пить. Это едва ли не единственный правдивый миф. Опьянение наступает после нескольких глотков. У чукчей в силу физиологических причин быстрее возникает зависимость от алкоголя. И в поселках действительно можно встретить пьяных. Но в тундре алкоголь под запретом. Там водка означает верную смерть.

Дети нашего репортера Евгения Кайпанау наполовину чукчи. Но оленей и ярангу они видели только в этнопарке у папы на работе и уже вряд ли смогут жить в настоящей тундре. Тренировки в «чукотском спецназе» надо начинать с самого рождения. 

Автор:

Татьяна Цупило


Режиссер:

Роман Новолокин


Производство:

«Контраст», 2019

Тематические категории:
Комментарии загружаются