Самая знаменитая отшельница Агафья Лыкова согласилась принять у себя в тайге журналистов

Новости о человеке, ведущем, кажется, самый уединенный образ жизни, вызывая при этом интерес и в нашей стране, и за границей. Агафья Лыкова, укрывшись в сибирской глуши, сознательно избегает контактов с внешним миром. Сейчас — тот нечастый случай, когда она согласилась принять гостей.

Знаменитая отшельница Агафья Лыкова к 77 годам словно сама стала частью тайги, как воздух или вода ее родной реки Еринат. Из-за строгих правил староверки здесь будто попадаешь в прошлое. Лишь с помощью кремня разрешено творить огонь. Лечиться — таежной аптечкой. Для отваров — сушеный брусничник, подорожник, рябина. Чага — древесный гриб — его отшельница считает лекарством от всех болезней.

В свои годы Агафья Лыкова дает фору гостям с Большой земли. На сотни километров нет ни души — почти.

- Один раз медведь стоял. — Здесь прямо? — Прямо здесь. — А он же и сейчас может выйти? — Голодный. Бывает, всю зиму ходит.

В конце 70-х фотоловушек не было — леса на юге Хакасии исследовали группы ученых. Настоящей сенсацией тогда стала найденная семья отшельников-старообрядцев Лыковых, которые, скрываясь от религиозных гонений, полвека жили в полной изоляции от внешнего мира. Ели рыбу, орехи, выращивали картофель и с ним даже хлеб пекли.

«Ячменную солому толкли, березовую кору. Все там. Репа, редька, мякина да картофельные листы, вот эта ботва. Полный голод», — рассказывает отшельница.

В итоге не голод, а болезни, занесенные с Большой земли, убили почти всю семью.

«Одна. 34 года нынче исполнится, как тут уж в одиночестве», — говорит Агафья Лыкова.

При входе в избушку к отшельнице висит предупреждение: «В этот дом без моего разрешения не входить и переписи никакой не делать».

Новости из цивилизации сюда редко доносятся. Камера-дрон сначала пугает отшельницу, но любопытство побеждает. Чтобы быть на связи со священниками и волонтерами, отшельница согласилась принять в дар спутниковый телефон и солнечную батарею для зарядки, которые привезли сотрудники фонда Олега Дерипаски «Вольное дело». До этого Агафья Лыкова попросила промышленника построить ей новый дом — избушка-то совсем прохудилась.

«Дом построили сначала в Абакане, его поставили, все бревна пронумеровали, разобрали и сплавляли по реке Абакан аэролодками. Всего было около 38 рейсов по реке», — рассказывает представитель пресс-службы фонда «Вольное дело» Рубен Бунятян.

У Агафьи неоднократно была возможность вернуться жить к людям — у нее и родственники дальние нашлись, и в старообрядческий монастырь звали, но она все равно каждый раз выбирала одиночество.

- Да там дышать нечем. Машины — вообще страшно. — А врачи? — Вон на божнице иконы стоят. Они врачи.

В новом доме разложены камни с узорами — главные игрушки детства отшельницы, которыми она делится на прощание. Главное, что Агафья выносит из таких встреч — это простое человеческое общение, которого ей все-таки не хватает. И пусть внешний мир чужой неизведанный, она продолжает за него молиться каждый день.

- Молюсь за всех. От молитвы Господь дает здравия и помощи.