Возведение жилого квартала в белорусском Бресте стало настоящим камнем преткновения

На месте строительства было обнаружено самое крупное захоронение жертв Холокоста. Многие жители требуют работы прекратить, власти утверждают, что братская могила — не повод отказываться от градостроительных планов.

На заборе вокруг стройки красивые фотографии старого Бреста. Так исторический центр города выглядел до войны. В конце 1941-го все эти кварталы, включая тот, где сейчас стройплощадка, превратились в огромное еврейское гетто. Памятник жертвам Холокоста буквально в 50 метрах от стройки. Пока там работают поисковые отряды, здесь каждый день появляются новые венки.

Солдаты поискового батальона аккуратно достают из мерзлого грунта человеческие останки. Взрослых и детей, тела которых сбрасывали в эту яму, насчитали уже как минимум 700, и конца поискам пока не видно. До начала стройки на этом месте стоял еще довоенный барак, а могила, судя по всему, была вырыта прямо у его крыльца.

«История брестского гетто, образованного осенью 1941 года, — это история страданий и лишений более 20 тысяч людей, оказавшихся за колючей проволокой. Минимум продовольствия. Только дети, которые выползали из-под проволоки в город, могли принести какое-то продовольствие. Очень большая смертность, болезни и голод», — говорит сопредседатель центра «Холокост» и фонда «Холокост» Илья Альтман.

Гетто просуществовало меньше года. Осенью 1942-го фашисты приняли решение окончательно закрыть еврейский вопрос в Бресте. Только за трое суток, с 15 по 18 октября, убили почти 17 тысяч человек.

«Предполагают, что, когда стали вывозить узников гетто на Бронную гору в 42-м году, очень многие ведь были слабые, особенно дети, не могли идти, они решили таким путем: их здесь расстрелять, остальных увезти на Бронную гору за сто километров отсюда», – рассказывает председатель Брестского городского еврейского общественного объединения «Бриск» Регина Симоненко.

«Две ямы размерами 20 на 4. И в одной яме четко видно пулевое отверстие в затылок. Уверенно можно сказать, что расстреляны были в затылок», — сказал командир взвода поискового батальона Министерства обороны Республики Беларусь Дмитрий Каминский.

После массовых расстрелов из 34 тысяч евреев Бреста спаслись только 19 человек. Одним из них был подросток Рома Левин. Сейчас он последний живой узник гетто. Еще до октября 1942-го их с мамой вывезли из города – нацистам нужны были работники в соседних деревнях. Вскоре женщину расстреляли, а Роме удалось бежать. Как убивали мать, он уже не видел – только слышал.

«Кто-то мне подал знак — прячься, и я между ногами у людей, и мама с ними, юркнул под нары. Полицай стоит курит в углу, отвернулся. Я открыл окно и вниз выпрыгнул, слышу выстрелы — людей расстреливают», — рассказал Роман Левин.

После войны Роман Левин нашел место, где расстреляли мать, и добился того, чтобы на этом месте поставили обелиск.

Власти Бреста обещают, что после эксгумации все останки с почестями и соблюдением религиозных обрядов перезахоронят на действующем кладбище.

Стройка, тем временем, продолжается, и теперь в городе спорят, насколько нравственно возводить дом в таком месте. Чиновники говорят: то, что нашли массовое захоронение, далеко не первое в центре Бреста, – не повод отказываться от планов по развитию города.

«Все и делается, чтобы никакого строительства на костях не было. Все здесь будет просмотрено, дорога будет аннулирована, здесь будет дальше вестись поисковые работы», — сообщила старший инспектор отдела культуры Брестского горисполкома Алла Кондак.

Возведение жилого комплекса планировали окончить к осени. Городские власти предлагают компромисс: после эксгумации все-таки достроить дом, а рядом с местом, где нашли останки, разбить мемориальный сквер.