Во Франции официально стартовал саммит «большой семерки»

Открылся он громко под взрывы шумовых гранат. Беспорядки вспыхнули во время первого совместного ужина участников форума. На улицы курортного города вышли как минимум шесть тысяч человек. Их разгоняли дубинками, водометами, слезоточивым газом.

Эффективность формата вызывает большие вопросы. В нее не входят такие гиганты, как Россия, Китай, Бразилия. Проблему осознают и сами члены неформального клуба. В Биаррице обсуждают превращение «семерки» в «восьмерку» с участием нашей страны. Пока договорились о более тесной координации с Россией по различным вопросам. В Москве дискуссию воспринимают спокойно. Российская сторона считает, что формат «большой двадцатки» более удобен для обсуждения общемировых проблем.

Российский вопрос уже пять лет не дает покоя «большой семерке», вот и на этот раз его пришлось обсудить за круглым столом. Правда, в иной постановке, чем последнее время. С подачи американского президента Трампа и лидера Франции Макрона в мире на этой неделе заговорили о возвращении России в этот клуб и воссоздании «большой восьмерки». Лидеров G7 это привело в смятение. Вопрос вынесли на саммит, и вот Дональд Трамп подводит итоги состоявшихся переговоров.

– Господин президент, вы пригласите Путина на саммит «семерки» в следующем году?

– Я не знаю. Мы обсуждали это, у нас была хорошая беседа о России и президенте Путине, оживленная, но действительно хорошая. И конечно, это возможно. Конечно, возможно. Посмотрим.

Ответ довольно расплывчатый. Но вряд Трамп мог дать другой. Все-таки большинство лидеров G7 заранее выразили несогласие, дескать, Россия пока не исправилась, кризис на Украине не преодолен, а Минские соглашения не выполнены. Хотя, по сообщениям СМИ, страны «семерки» все-таки выступили за усиление координации с Москвой.

Сама же Россия на фоне всей этой суеты выглядела просто наблюдателем, ведь она о возвращении в «восьмерку» не просила никогда.

– Что касается «восьмерки, так ее не существует. Как же я могу возвратиться в организацию, которой не существует. Это «семерка», сегодня это «семерка». Что касается возможного формата в рамках восьми государств, мы никогда ни от чего не отказываемся. Была очередь России провести «восьмерку» в свое время, и наши партнеры не приехали. Пожалуйста, мы в любое время ждем в гости наших партнеров уже в рамках «семерки». Но вообще существуют и другие организации международные, которые играют заметную, существенную роль в международных делах. Например, двадцатка, – комментирует Владимир Путин.

Действительно, если раньше неформальный клуб семи стран был самой влиятельной силой на планете, сейчас ситуация изменилась.

Экономический вес сместился в сторону Китая и Индии, политические вопросы трудно обсуждать без России. Да и вообще, как признаются лидеры «семерки», вокруг России крутится немалая часть их разговоров на саммитах G7.

«Россия стала важным игроком в Сирии, на всем Ближнем Востоке. Да возьмите любую международную проблему. Ядерная сделка с Ираном – у России здесь большая роль. Или ситуация на Корейском полуострове. Чтобы решить все эти вопросы, нам нужно, чтобы за столом переговоров сидел Путин», – считает Питер Кузник, профессор истории Американского университета в Вашингтоне.

Эти переговоры, в общем-то, и не прекращались, несмотря на все громкие декларации о дипломатической изоляции Москвы.

Только за последние пару месяцев Владимир Путин встретился с каждым из лидеров «семерки» за исключением разве что Бориса Джонсона, да и то потому, что Британию тот возглавил совсем недавно.

А Эммануэль Макрон, пригласив Путина во Францию, не скрывал, что специально сделал это перед тем, как принять у себя лидеров стран G7: «Во Франции будет проходить саммит "большой семерки", в течение которого мы будем обсуждать главные мировые проблемы. Именно поэтому я и хотел обсудить эти темы с господином Путиным перед саммитом».

Синхронные заявления о возможном возврате G8 выглядят так, словно Россию уговаривают вернуться. Но вряд ли Кремль согласится на такие условия в обмен на фотографию в кругу мировых лидеров.

Тем более когда возвращение парадоксальным образом увязывают с Минскими соглашениями, ведь выполнять их должен Киев, а не Москва. Возможно, дело сдвинется после смены власти на Украине, хотя пока новый президент Зеленский больше говорит не о Минске, а о встрече с другими лидерами – России, Франции и Германии – в нормандском формате.

«Любая встреча, в том числе и встреча в нормандском формате, должна приводить к конкретным результатам. И, на мой взгляд, нужно добиваться того, о чем мы договаривались раньше, безусловно, добиваться, идти к этой цели. Ну, например, мы в свое время, в 2016 году, пошли на значительный компромисс, чтобы закон об особом статусе Донбасса был имплементирован на временной основе в день голосования, а на постоянной основе после подведения итогов и подтверждения результатов соответствующими структурами ОБСЕ. Ну так надо это сделать в конце концов, надо как-то это оформить. То же самое касается некоторых других вопросов, например, вопроса, связанного с амнистией, и так далее. Но, по моему мнению, альтернативы нормандскому формату не существует, и, безусловно, мы будем его поддерживать», – прокомментировал президент России.

Но лидерам «семерки», то есть США и их союзникам, явно хотелось бы большего, так что разговоры о «восьмерке», судя по всему, останутся разговорами. А говорить с Россией о мировых проблемах лидеры G7 продолжат на других площадках. Как они и делали это последние пять лет.