В эфире Первого канала интервью главного пульмонолога Минздрава Сергея Авдеева о COVID-19

«Тут не надо быть специалистом, чтобы понять, что все легкое — белое», — комментирует томограмму пульмонолог.

А значит, большая часть легких вовсе не дышит. Характерный признак для COVID-19. Поражение есть — симптомов практически нет.

«Многие наши пациенты даже при массивном поражении легких не ощущают одышки; здесь альвеолы спались, этот пациент требует респираторной поддержки», — поясняет врач.

Ничего общего с классической картиной пневмонии. COVID-19 целенаправленно поражает самый важный отдел — альвеолы. В этих мешочках происходит газообмен. Всасывается кислород, удаляется углекислый газ. Но во время болезни здесь накапливается жидкость и кислород уже не поступает в кровь. Начинается сильнейшее воспаление, которое поражает буквально весь организм.

«Воспаление, как вы знаете, нормальная защитная реакция, но она нормальная защитная, пока она развивается до определенного уровня, но когда она становится гиперреакцией, то есть когда ответ становится чрезмерным, к сожалению, это уже очень плохо», — рассказывает заведующий кафедрой пульмонологии, директор клиники пульмонологии и респираторной медицины Сеченовского университета Сергей Авдеев.

В этом вирусе необычно все. Бессимптомно болеют почти 40% населения. Но даже те, кто переносят его на ногах, отмечают потерю обоняния.

«Это может быть ранним признаком. Эти рецепторы находятся близко к эпителию, как раз тот самый эпителий, который может быть привлекательным для вируса SARS-CoV-2», — говорит пульмонолог.

Впрочем, отсутствие обоняния не повод вызывать скорую. Тяжелее всего болезнь переносят пациенты с гипертонией, диабетом и ожирением.

Вопрос: Пациенты, которые переболели, отмечают, что заболевание протекает очень тяжело. Это действительно так?

«Самое тяжелое впечатление у тех, кто пережил массивную пневмонию с дыхательной недостаточностью. Пациенты описывают по-разному. Кто-то пишет, что песок в легких, кто-то пишет, что все горит внутри, кто-то пишет, что абсолютно не хватает никакого дыхания», — отвечает Сергей Авдеев.

Но как лечить человека в таком состоянии? Ответ на этот вопрос сейчас ищут во всем мире. Применяют ИВЛ или кислородные маски. В самых сложных случаях используют экстракорпоральное кровообращение, проще говоря «искусственное легкое». Для этого специальные трубки вставляют в крупные сосуды пациента, по ним кровь поступает в резервуар, где насыщается кислородом. Затем обратно возвращается в организм. Легкие в это время восстанавливаются.

«Такой положительный опыт есть и в России, и в Москве, и во многих других странах, кто столкнулся с эпидемией коронавирусной инфекции. Да, ЭКМО помогает в самых тяжелых случаях», — рассказывает Сергей Авдеев.

Вопрос: На какой стадии развития эпидемии мы находимся, когда все-таки можно будет выдохнуть?

«Очень сложно прогнозировать; у нас примерно стабильное число случаев по крайней мере в Москве, а если посмотрите статистику в России, то, к сожалению, у нас каждый день все больше и больше случаев, мы все еще находимся на подъеме», — отмечает специалист.

Но даже когда эпидемия пойдет на спад, вирус не исчезнет. По оценке специалистов, он с нами навсегда, во всяком случае пока не будет изобретена вакцина. Причем прививаться в первую очередь будут люди генетически предрасположенные к COVID-19.

«Первая публикация по, допустим, такому фактору, как HLA, то есть человеческий лейкоцитарный антиген, у тех индивидуумов, у которых определенный набор этого HLA, они более уязвимы по заболеваемости новым коронавирусом», — сообщает врач.

Но есть, как говорится, и хорошие новости! По последним данным, у тех, кто перенес COVID-19 в тяжелой форме, серьезных последствий для легких не будет.