Новости
Хотите получать уведомления от сайта «Первого канала»?
Все новостиПолитикаЭкономикаОбществоВ миреКриминалТехнологииЗдоровьеКультураСпортОднакоПогодаЮбилей программы "Время"
21 июля 2019, 22:06

Развлекательный компьютерный сервис неожиданно оказался заложником политических игр

В интернете набирает популярность приложение, с помощью которого можно прибавить себе и 10, и 20, и 50 лет. Соцсети пестрят пропущенными через фильтр фото знаменитостей — спортсменов, звезд эстрады и кино. В США редактирование фотопортретов назвали угрозой национальной безопасности.

Не самое, может быть, глубокомысленное, но вполне безобидное занятие — состарить или омолодить (по желанию) свое или, если угодно, чужое фото, поменять прическу или даже пол. Обычная модная развлекаловка. Казалось бы, что общего у этой игрушки с русскими шпионами?

Американский сенатор Чак Шумер знает ответ: «Репост, если вы пользуетесь приложением FaceApp. ФБР и Федеральная торговая комиссия должны оценить угрозу национальной безопасности и приватности, поскольку миллионы американцев используют приложение, разработанное российской компанией и требующее от пользователей предоставить полный доступ к их личным фотографиям и данным».

Ну да, именно так оно работает. А как еще обрабатывать фотографии без доступа к ним? Подписчики, конечно, оставили сенатору соответствующие комментарии: «Русское — не значит плохое», «Звучит по-ксенофобски, Чак», «А где ты был, когда за людьми шпионил Facebook?»

Но ведь Чак писал не для тех, кто критически оценивает сказанное. Он играл на устоявшемся в США стереотипе: русский — значит, враг. Как же так? Западное общество называет себя либеральным и толерантным, но на поверку эта толерантность не для всех. И даже, оказывается, презумпция невиновности не всегда работает. По крайней мере, в общественном сознании.

«Презумпция невиновности — очень важная концепция в американском обществе, но она применяется главным образом в отношении уголовных дел. А еще могут быть гражданские дела, журналистские домыслы, просто слухи. И мы всегда должны держать в голове — да, все это может быть не доказано», — говорит юрист, журналист Эндрю Крейг.

То есть презумпция невиновности по-прежнему применима к ворам, убийцам, торговцам наркотиками. Но если обвинили в связях с русскими или, как вариант, в сексуальных домогательствах (в обоих случаях неважно, каков был результат), значит, априори виновен. Виновен до суда, потому что судит общественное мнение, которым в век информационных технологий прекрасно научились управлять.

Спросите Трампа — он испытал все прелести обвинений по обоим пунктам. Его же не только по «русскому делу» таскали. Во время президентской кампании 2016 года сразу несколько женщин вдруг вспомнили, что Трамп так или иначе домогался их в прошлом. Хитрый Дональд выкрутился. Человеку, сыгравшему президента США в кино, пришлось хуже.

Кевин Спейси — звезда первых пяти сезонов политического сериала «Карточный домик» (фильм знаком зрителям нашего канала). В шестом сезоне главного героя пришлось срочно убивать и переписывать сценарий. Режиссер отказался снимать Спейси после того, как одна бывшая телеведущая обвинила актера в приставаниях к ее сыну.

«Кевин Спейси засунул руку ему в штаны. И он понял, что у него проблемы», — рассказала Хизер Юнру.

В настоящем, не киношном суде Кевин Спейси выглядел постаревшим безо всякого FaceApp и актерского грима. Хотя из улик против него были только СМС-сообщения, которые молодой человек отправлял своей девушке якобы прямо во время этой, скажем аккуратно, встречи с актером. Картина, конечно, потрясающая в своей достоверности — парень с чужой рукой в штанах в подробностях эсэмэсит девушке о происходящем.

Так или иначе, когда дошло до суда, выяснилось, что часть эсэмэсок потерялась. Показания истцов разошлись: сын утверждал, что никакие сообщения не удалял, а мать — «Я удалила кое-что». А когда дело посыпалось, как карточный домик, потерялся и сам телефон. Вроде бы победа, вот только за два года тяжбы Спейси лишился и ролей, и доброго имени. Голливуд объявил ему бойкот, а когда он все же снялся в «Клубе миллиардеров», фильм с треском провалился в прокате. Называя вещи своими именами, человеку сломали жизнь. И далеко не одному человеку.

Обвинения в домогательствах в адрес знаменитостей пошли таким валом, что приняли характер истерии. Появился термин «эффект Вайнштейна», как раз обозначающий феномен таких массовых публичных обвинений. Кинопродюсер Харви Вайнштейн, отметившийся 30-летними похождениями по голливудским актрисам и заплативший за это разводом, увольнением из собственной компании и лишением регалий, конечно, не образец нравственности. Но 30 лет? Что заставляло униженных женщин молчать так долго в свободной, кажется, стране, соглашаться на роли, которые им предлагали в обмен на секс, принимать потом от него деньги за молчание? Что, наконец, заставило их всех разом обвинить любителя клубнички?

«Общество связано с некими социальными стандартами поведения, прежде всего в группе, и эта группа навязывает формы поведения. Чаще всего социальное поведение общества зависит от этих референтных групп. В данном случае была референтная группа, которая называется "Феминистическое направление в США"», — говорит психолог, профессор ВШЭ Алла Болотова.

Хештег #MeToo появился в соцсетях как раз на волне дела Вайнштейна. Сама фраза в контексте «я тоже подвергалась насилию» принадлежит темнокожей феминистке Таране Берк, а популяризировала ее актриса Алисса Милано. Миллионы лайков и репостов превратили #MeToo в социальное явление, катализировали эффект Вайнштейна, породив волну признаний, скандалов, отставок.

Помимо Кевина Спейси, обвинения в домогательствах прозвучали в адрес десятков человек, включая актеров Роберта Неппера, Ричарда Дрейфуса и Стивена Сигала, режиссеров Мэтью Вайнера, Бретта Ратнера и Джеймса Тобэка, судью Верховного суда Бретта Кавано. Это из тех, кто не признал вину. А скольким пришлось каяться, как Дастину Хоффману за скабрезные шуточки 30-летней давности. Шесть женщин обвинили ныне покойного 41-го президента Джорджа Буша-старшего.

В списке обвиненных — политики, журналисты, топ-менеджеры. Для большинства все закончилось крахом карьеры и остракизмом. В Британии (#MeToo — это интернациональное явление) министр обороны Фэллон лишился поста за то, что пытался потрогать женщину за колено, а уэльский министр Саржент лишился и жизни — покончил с собой, не сумев отстоять свое честное имя.

Что характерно, ни наличие или отсутствие доказательств, ни степень тяжести содеянного — все-таки харрасмент и непристойные шутки — это не изнасилование — не имели никакого значения для организаторов травли. А когда, скажем, знаменитая Катрин Денев в числе ста француженок попыталась защитить права мужчин, объяснить, что не всякий назойливый ухажер — преступник, затравили и ее, заставив извиняться. Такая вот толерантность не для всех.

И еще важный момент: эффект Вайнштейна ведь ударил не абы по кому, а по знаменитым и обеспеченным людям. Мы ничего не утверждаем. Просто осадок остался.

«Многие женщины почувствовали, что время пришло, правильное время. С другой стороны, надо понимать, что во многих случаях речь идет не столько о сексе, сколько о злоупотреблении властью. Отчасти это игра во власть, а не секс. У кого-то могут быть свои мотивы — продвинуться в карьере, получить предложение заключить брак. Люди немного, скажем так, не сбалансированы. По крайней мере, в некоторых вопросах. Нас этому даже в юридической школе учили. Иногда это иррационально. Иногда люди выясняют отношения со своими партнерами. Иногда это приводит их в организацию MeToo. Это тоже часть жизни», — говорит юрист, журналист Эндрю Крейг.

Чтобы не было никакого недопонимания: отдать под справедливый суд насильника, шантажиста, человека, незаконно пользующегося своим положением, — правильно и нужно. Но никто не может быть объявлен преступником до приговора суда. Даже странно, что приходится учить этому тех, кто сам всех учит демократии. Что же это за либеральные ценности такие, которые позволяют под благовидным предлогом фактически морально линчевать людей? Человек вообще слаб по натуре, склонен верить молве и вешать ярлыки. Но если это превращается в организованную травлю, становится социальным трендом, значит, что-то очень не так с этим социумом.

«Можно сказать: ну кто не ошибается, все совершают ошибки. Вот только некоторые ошибки умышленные», — сказал юрист, журналист Эндрю Крейг.

Читайте также: