Концлагерь для лошадей

Кобыла по кличке Голубка страдает от артрита и разрыва связок. По лошадиным меркам, Голубка еще не старая, ей 16 лет, но она уже инвалид. Ребра прикрыты кожей, кровавые раны, копыта стерты. Раньше Голубка катала людей на улицах, помогая подросткам зарабатывать деньги. Лошадь жила в поселке Ангелово, за Московской кольцевой автодорогой. Голубка паслась под высоковольтными вышками, щипала траву, подбирала мусор и ночевала в бытовке. В начале сезона в гаражах было семнадцать лошадей. Сегодня здесь осталось всего шесть животных. От лошадей избавились — продали или зарезали. С хозяйкой лошадей, некой Еленой Большаковой по кличке Заза, нам встретиться так и не удалось.

О нелегальном лошадином бизнесе в управе района Митино знают. Вот выдержка из официального ответа управы: «В соответствии со статьей 5 пункт 2 Закона города Москвы №45 сотрудниками ОМВД России по району Митино неоднократно составлялись административные протоколы и вручались требования о прекращении противоправных действий с предупреждением об ответственности». Так же из этого письма следует, что конюшни не относятся к управе района Митино и находятся в Подмосковье в Красногорском районе. Но администрация Красногорска так же не желает признавать эту территорию своей.

По данным волонтеров, «лошадиных концлагерей» только в Москве насчитывается несколько десятков. Цена жеребенка невысока — от 10 до 20 тысяч рублей. Еще дешевле обходятся списанные лошади-спортсмены. В любом случае судьба лошадей для катаний трагична. После того, как они отработали сезон, их сдают на мясо или просто бросают умирать.