Экспортеры пришли к снижению добычи нефти — главный итог переговорного марафона

Те, кто нефть производит, и те, кто нефть потребляет. Министры энергетики стран «Большой двадцатки» на одном экране. Хотя, учитывая ситуацию, не будет преувеличением сказать, что они в одной лодке. Падение производства по всему миру из-за коронавируса уже привело к падению спроса и цен на углеводороды. Но это только начало, отметил российский министр, во вступительном слове.

«Тяжелые последствия ощутит все мировое сообщество. Падение инвестиций в нефтегазовый сектор, ухудшение положение и разорение энергетических компаний приведет к появлению и других проблем, которые сделают невозможным устойчивый экономический рост. В этом сложный момент все государства должны действовать в духе партнерства и солидарности. Необходимо соблюсти баланс интересов производителей и потребителей энергоресурсов, исходя из стратегической задачи обеспечения устойчивого экономического роста на годы вперед», — сказал Александр Новак.

Эта встреча как раз для выработки плана действий в мировой энергетике. О том же самом накануне говорили и представители 23 крупнейших стран — экспортеров нефти. Заседание, продолжавшееся почти 11 часов, завершилось глубокой ночью.

Отдельная телефонная беседа состоялась и между лидерами России, США и Саудовской Аравии. Владимир Путин, Дональд Трамп и Салман аль Сауд говорили около полутора часов, и, как сообщили в Кремле, главы государств подтвердили настрой на координацию действий. Результатом этого настроя стало новое соглашение в формате ОПЕК+ о сокращении нефтедобычи. Все, за исключением Мексики, согласились снизить ее на 23%. Достигнутые договоренности президенты России и США обсудили еще раз спустя несколько часов.

«Президент Путин очень положительно оценивает согласованный документ, который стал компромиссом 22 стран, принимавших участие. Убеждены, что этот согласованный документ окажет весьма позитивное влияние на международные рынки, которые лишь усилятся после того, как присоединится и Мексика», — сказал Дмитрий Песков.

Доля Мексики в мировой добыче не столь велика. Снижение на 23% для нее — это лишь около 400 тысяч баррелей в сутки. Для сравнения: Россия и Саудовская Аравия, которые в марте добывали по 11 миллионов, обязались сократить добычу на два с половиной миллиона баррелей нефти каждая. А ОПЕК+ в целом в мае-июне снизит поставки на мировой рынок на 10 миллионов баррелей, с июля по декабрь — на восемь миллионов, а с января 2021 года по апрель 2022-го — на шесть миллионов.

«Сейчас мы все, по сути, тушим такой пожар, который возник из-за коронавируса и карантина, потому что дисбаланс действительно огромный, перепроизводство огромное. Нефти очень много в мире лишней, которая не потребляется. И первое, что нужно сделать, – не допустить переполнения всех хранилищ, чтобы в мире не остановилась добыча вообще», — сказал ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.

Однако сокращение добычи на 10 миллионов баррелей – цифра хоть и впечатляющая, но спрос из-за падения производства в условиях пандемии коронавируса, по некоторым данным, уже снизился примерно на 15 миллионов баррелей.

«Текущая ситуация на рынке требует участия гораздо большего числа производителей нефти , поэтому, на мой взгляд, участие Соединенных Штатов, Канады и других производителей было бы разумно и целесообразно», — сказала аналитик Мария Белова.

Собственно, это и стало главной темой министерской встречи G20. Во время заседания появилось сообщение, что Соединенные Штаты возьмут на себя часть снижения нефтяной добычи, от которой отказалась Мексика. Это в любом случае выгоднее, чем если сделка не состоится совсем.

«Всегда гораздо выгоднее продать один баррель нефти за 50 долларов, чем два, потому что на два потратите и денег больше, на добычу. Поэтому сейчас цена нефти ставится во главу угла. По сути, мы оказываемся в ситуации выбора между сложным сценарием и катастрофическим», — отметил ведущий аналитик Фонда национальной энергетической безопасности Игорь Юшков.

Выбор сложного сценария, конечно, не означает, что ситуация изменится в одночасье, но, по крайней мере, он позволяет оттянуть тот срок, когда нефтяные хранилища заполнятся до отказа. А за это время есть надежда, что спрос на топливо перестанет падать и начнет расти.